Dark Century — тематический форум, представляющий свободную игровую площадку по комиксам DC. Любые персонажи, когда-либо появлявшиеся на страницах выпусков; любые сюжеты, вдохновлённые вселенной; любые идеи, дополняющие и развивающие мир DC, — единственными ограничениями и рамками выступают лишь канон и атмосфера комиксов. Здесь нет общего временного отрезка и единого для всех сценария: каждый игрок волен привносить свои идеи и играть свою историю.
17/09/2020: На форуме запущен упрощённый приём для всех персонажей, который продлится до 17 октября включительно.

09/09/2020: Объявляем период тотального перевоплощения! Помимо визуальной части, вы можете наблюдать первые ростки организационных изменений: обновлён и дополнен гайд форума, а также переделан и частично упрощён шаблон анкеты для новых игроков!

DC: dark century

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DC: dark century » Архив незавершённых эпизодов » A Good Man Goes to War


A Good Man Goes to War

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

A Good Man Goes to War
Wally West, Iris West II, Dinah Lance


https://i.imgur.com/RM6FDYC.png


Demons run when a good man goes to war.
Night will fall and drown the sun,
When a good man goes to war.

Отредактировано Wally West (2019-08-15 23:20:06)

+3

2

Сколько он провел в этой одиночной камере? Совершенно неизвестно. Давно потеряв счет дням, заключенный в хитроумную ловушку, парень с каждым днем желал только одного. Смерти. Нет, не самоубийства ради. Возмездия ради. Каждый раз, когда в поле зрения появлялись надзиратели, Уэст кидал на них однозначный взгляды.

Когда я выберусь... Я убью Вас!

Эта мысль отчаянно билась в его голове каждый миг. И вопроса не стояло о том, что он окажется в этом заключении на вечно. Возникал вопрос лишь только во времени. А уж желание мести поддерживало бегуна, заставляя каждый день делать очередной вдох. Где-то там, в недрах секретной лаборатории, находилась его любимая. Он чувствовал её, ощущал всем своим естеством. Однако не в силах был помочь.

У многих, скорее всего, возник закономерный вопрос, почему он до сих пор не профаззировал сквозь стену и не убил всех этих наглых ученых, что возомнили себя богами и использовали "преступников" в качестве жертв страшных экспериментов. Ответ был достаточно прост и сложен одновременно. Пол в его камере был создан видимо специально для таких вот быстрых людей, как и он сам. Что-то наподобие беговой дорожки, но площадью во всю камеру. И если он двигался в направлении к выходу, то не двигался с места ни на метр. Стены были так же не простые, а вибрировали, не позволяя ему выбраться сквозь них. Сложно подобрать оптимальную фазу, когда она резко меняется? К тому же какой либо закономерности или зациклинности Уоллесу найти не удалось.  А постоянные инъекции сыворотки блокировали его силы.

Уоллес честно говоря не понимал, почему сыворотка Скорость девять до сих пор не отняла его силы полностью, оставив гнить в этой закрытой комнате. И, то ли это была какая-то модификация уже известного ему вещества, то ли он настолько жаждал мести, что силы держались только на этой ненависти. Но факт оставался фактом. Уэст всё ещё был способен передвигаться как сильно ослабленный, но всё же бегун.

По ночам, когда он закрывал глаза, его пичкали лошадиной дозой снотворного и проводили какие-то опыты. Однажды он очнулся посреди операции и увидел, что его тело вскрыли и пристально изучают, чуть ли не под микроскопом. С тех пор дозы веществ увеличивали по мере адаптации парня и, казалось, что скоро ему введут в кровь столько, что он просто сдохнет от передозировки.

Прошло... Сколько? Месяц? Два? Десять? Год или всё же два? Ему было довольно сложно судить. В тот раз, когда он не нашел девушку вне зоны Спидфорса, то начал её искать. Вновь и вновь он возвращался в то время, пытаясь попасть в нужный миг. И однажды ему это удалось и он стал свидетелем, как его девушку хватают какие-то уроды в тёмной одежде. Как бросают её бесчувственное тело в фургон. И он погнался за ними. Только не ожидал, что в поисках своих успел засветиться и к этой встрече враги были готовы. Выстрел - и темнота. А потом уже были эти стены, так ненавистные ему.

Но однажды что-то изменилось. Проходящие мимо его клетки ученые-надзиратели обменивались новостями. Оказалось, что подопытная наконец-то принесла плоды и теперь у них гораздо больше шансов подобраться к разгадке неизвестного мета-гена. Отчего то эти слова вызвали гнев. Под волей эмоций Уэст побежал в сторону двери. Конечно же пол начал двигаться вместе с ним, постоянно наращивая скорость.

Уоллес уже приблизился к скорости превышающей возможности наглой машины, как здание ощутимо тряхнуло. Юноша упал, больно ударившись головой об пол. Перед глазами замелькали мошки-звездочки. Затылок заныл. Тяжело дыша, рыжик поднялся. Костюм с кольцом у него давно отобрали, опасаясь потаенной силы от этого артефакта. Остался парень ровно в том, в чем и покинул своё временно убежище - в одних тёмно-синих боксерах. Тюремщики даже не позаботились о хоть какой-то одежде.

В углу комнаты валялось что-то невнятное, что ему преподнесли как "матрас класса люкс" и старый дырявый плед. Вот и всё, что было в его камере. Не было даже окна, через которое он смог бы увидеть хоть кусочек чистого неба. Сама камера, похоже, была так же на нижних этажах секретной лаборатории.

- Чёрт... - Уэст уселся прямо на матрас, сверля глазами закрытую дверь. А ведь ему почти удалось выбраться. Но помешало... а что собственно помешало то?  Парень попытался проанализировать ситуацию, но вновь раздался грохот и пол вновь мелко завибрировал. Что-то происходило. И в душе юноши зародилась надежда, что именно сегодня, спустя столь длительное время, он наконец-то исполнит свою месть и утопит эту лабораторию в крови.

+3

3

track 1

Кругом всё было бело-светло и смазано, белые полосы были везде, не было земли или неба, но каждый стремительный шаг Айрис находил себе опору, проводя девушку всё дальше сквозь время. То там, то тут возникали образные события её жизни. И как только рыжая пробежала своё рождение, она вылетела в мир и затормозила, подняв облако песчаной пыли. Почему-то она оказалась в Египте.
И почему-то, когда Айрис бегала в другое время, она постоянно выбегала около пирамид. Будто Спидфорс пыталась ей что-то сказать, или предупредить. Она знала, что причина перезаписи её таймлайна – это папа, и знала, где он в это время жил. В её таймлайне, по крайней мере. В общем, не теряя времени, она побежала к нему. И только начавший оседать песок, взмыл вновь, когда она рванула чрез страны и океан в Америку.
Но жёлтый росчерк множество раз рассёк улицы Централ Сити и так и не нашёл своего родственника. Не успели высохнуть солёные капли на щиколотках Айрис, как она уже остановилась в подворотне города своём жёлтом костюме, чтобы перевести дыхание. Она тяжело вздохнула и стала ходить туда-сюда, раздумывая над дальнейшими действиями. Думала она вне Спидфорса тоже вполне быстро, поэтому она быстро решила, что ей нужно узнать точную дату, попытаться вспомнить, где именно тогда был папа, хоть это и бесполезная информация, скорее всего, из-за всех изменений в мире. И нужно было найти место для ночлега. Девушка переоделась в «гражданское» из своего рюкзачка и умчалась за сегодняшней газетой.

Это было три месяца назад. Сегодня Айрис сидела в позе лотоса в беседке сада монастыря в провинции Юнан, в Китае. Ни одна из её идей о том, где мог быть отец, не оправдала себя. Айри не могла найти даже кого-нибудь, кто знал бы её отца и, соответственно, мог направить в его направлении. И что ещё хуже, Айри не чувствовала вокруг никаких других проводников Спидфорса. Уж точно не папину частоту, которую она отлично знала уже девятнадцать лет. Через неделю спидстерша бросила искать, усилием воли увела себя от несправедливостей криминальных ночных улиц, убеждая себя, что этого всего не произойдёт, когда они с отцом исправят таймлайн, и удалилась в место покоя, чтобы размышлять и легко соединятся с единственной Силой, которая могла ей дать ответы.
И вот в этот день, уже когда красное солнце опускалось за горизонт, она почувствовала далеко в стороне солнца знакомые искрящиеся ощущения. Она почувствовала Уолли Уэста. Ну, или спидстера, связанного с ним. В любом случае, это был шанс, который она не могла упустить. Девушка поднялась на ноги, изо всех сил стараясь не сорваться с места опрометчиво, не дать выход возбуждению и нетерпению, чтобы ненароком не влететь в ловушку. Степенно выдохнув, она, наконец, понеслась... вновь через океан, но в этот раз через тот, что разделял Китай и Америку, через Тихий.
Искра Спидфорса привела Айрис в поле с подозрительными каменными зданиями, удалёнными километров на двести от городов и магистралей. Всё ещё в силах не забывать об осторожности, Айрис оббежала и осмотрела территорию вокруг зданий, и только тогда вбежала в одно из них – ближайшее к недавней вспышке скорости. Как она и заподозрила, это были верхушки бункеров, входы в подземное сооружение. Она вихрем пролетела пропускной пункт, а вот на подземном уровне она уже припала к стене у поворота – остановилась подумать. И тогда она заметила, что не так уж и осмотрительно себя повела, потому что всё ещё была в своём багровом кимоно с узором ветвистой сакуры. Наверняка она будет в нём выделяться тут, а плана здания не было. Всё было сложно и непредсказуемо. Айри боялась бежать прямиком к источнику скорости, потому что это Точно выглядело всё, как ловушка. Но если она будет долго носиться по коридорам, разведывать, то её могут заметить на камерах и принять меры, а если она побежит не разведывая, её могут поймать. В результате, после секундных переживаний, Айрис решила, что если спидстер готов, то никакая армия с учёными или без, с ним не справится. А она была готова. Девушка отслонилась от стены, завибрировала всем телом и ринулась к отцу.
Она сразу влетела в комнату со спидстером и остановилась на пороге. В коридоре были камеры, а здесь её пока не заметят. И, если повезёт, не сразу заметят, что дверь будет немного приоткрыта. Но пока что Айрис ничего не открывала, она увидела Уолли.
- Па...ааривет! Уолли! Я рада тебя видеть, - поздоровалась она радостно, тем не менее, вспомнив о том, что выдав себя, она может нарушить таймлайн. И на этом её осмотрительность закончилась, потому что она хоть и сдержанно, но пошла к папе, приведя в движение весь пол. Тем не менее, ничего плохого не случилось – Айрис осталась на месте, а Уолли поехал к ней. Рыжая внимательным взглядом пробежалась по анти-спидстерской комнате, развернулась, вибропальцами сломала замок, приоткрыла дверь и, схватившись за дверной косяк, пошла вперёд к Уолли, двигая его к себе. Её сердце радостно колотилось, хотя она старалась выглядеть спокойной и хладнокровной. Но то и дело кидала радостные взгляды на отца, пока он стоя приближался к ней.
Когда они уже оба были у порога, Айрис снова завибрировала, отступила назад в коридор, плечом толкнув дверь, давая дорогу Уолли.
- Беги, Уолли, беги! Перегруппируемся в закусочной "Джей-Джей"! - Айрис хлопнула отца по спине, но тот почему-то не спешил размываться в росчерк и силуэт. Возможно, он не знал, где в Сентрал Сити была эта закусочная. Айрис вопросительно на него посмотрела, а затем подняла тревожный, размытый от вибрации взгляд на камеру.
- У нас мало времени, - напомнила она очевидное и вздохнула, предчувствуя, что сложности не закончились.

Отредактировано Iris West II (2019-09-01 21:23:52)

+4

4

Она плохо помнила, как и когда очутилась в этом месте. Плохо помнила и причины. Под воздействием психотропных веществ память превратилась в месиво, в котором в непонятную общую массу смешалась вся прошлая жизнь. «До» было, Дина это знала, но события прошлого померкли и стали малозначимыми. Осталась только база — центр вселенной, причина всех следствий, место, куда вели все дороги. Дина должна была оказаться здесь. Здесь место таким, как она. Здесь помогут ей и её малышам. И она верила в это как в непререкаемую истину.

Дни тянулись один за другим, монотонные и бесконечные. Распорядок Дина знала вплоть до минут. Время, обозначенное в графике как «свободное», она проводила сидя на больничной койке и уставившись в стену. Что было там, в прошлом? Что-то было. Что-то такое, что казалось очень близким и знакомым, которое почти приходило на ум, если хорошенько собраться, но всё же ускользало в последний момент.

Помимо Дины, на базе находились и другие люди, мужчины и женщины. Такие же безучастные ко всему происходящему. Люди не знакомились и разговаривали друг с другом за обедом. Не интересовались делами и не останавливались во время тренировок, если кто-то падал. Всем было наплевать на ближнего, ведь каждый на базе — либо «доктор», либо солдат. А Дина оставалась бойцом даже будучи глубоко беременной. Осознавала ли она степень опасности для себя и для здоровья плодов (что носит близнецов, она узнала... давно, когда живота ещё не было)? Нет, она просто и помыслить не могла ни о какой угрозе, кроме той, что обозначали инструкторы. Она стала машиной. Без эмоций, собственных желаний, без сожалений и угрызений совести. Она выполняла приказы и делала это хорошо.

Каждый день Дину вместе с группой других людей отводили в исследовательский блок, где вкалывали дозу непонятного вещества, а затем просили сконцентрироваться при выполнении каких-то поставленных задач. В этой части комплекса стены заменяли толстые стёкла, и можно было увидеть, чем занимались другие. Кто-то закрывал глаза и словно засыпал, кто-то менялся в облике или пропорциях тела. Дину же просили кричать. И, надо сказать, это выходило у неё достаточно скверно, судя по реакции приставленных наблюдать ученых. Каждый раз эксперимент заканчивался словами, мол, ничего, завтра обязательно выйдет. Но каждый новый день результатов не приносил. С появлением на свет близнецов тесты на время прекратились. Решено было сделать передышку, пока организм не восстановится. Так, последние две недели Дина не принимала новых доз препарата.

«Он придёт за мной», – словно молитву повторяли губы. Дина озиралась по углам пустой комнаты, где кроме неё никого не было. Босые ноги свисали с края кровати и касались холодного пола. Уже давно дали отбой. И сумрак лишь раскалял воображение.
Дина взволнованна, дышать тяжело. Опасность совсем рядом, она смотрит в спину — об этом кричал мозг. Но откуда это чувство? Она поднимает голову и смотрит в камеру у потолка. За ней наблюдают, и Дина об этом знает.

«Он придёт за мной».
Кто он? И почему она так уверена в его появлении?.. Этого Дина не могла вспомнить, даже очень сильно сосредоточившись. Но «он» был почему-то очень важен для неё.

В холодном поту она проснулась посреди ночи. Сны доводили её до странного состояния, то не был испуг (едва ли она способна была его теперь испытать в полной мере), скорее замешательство, граничащее с тревогой. Сердце бешено колотилось. Она будто прозрела, словно с глаз спала пелена, и оттого в груди щемило. Слишком больно, слишком сложно принять случившееся, слишком трудно соображать трезво. Одно она знала наверняка — времени у неё было мало. С возобновлением привычного режима она вновь превратится в овощ, способный разве что выполнять чужие приказы. Нельзя этого допустить, нет, не теперь.

У неё появилось преимущество — Дина знала, где находилась и помнила каждый поворот коридора, каждую дверь. И если раньше её не волновало, что находилось по ту сторону, то сейчас она вспоминала и прикидывала. А ещё за ней велась постоянная слежка, а потому нельзя выдать себя раньше времени. Нужно успокоиться и вести себя... как обычно.

В раздумьях она провела остаток ночи. Утро наступило быстро. Начался ещё один из бесконечного количества дней, который должен стать последним.

5.40 – подъем.
6.20 – марш-бросок.

Для обычной женщины, родившей две недели назад, нагрузки наравне с другими членами отряда оказались бы критическими. Но Дина Дрейк и раньше замечала, что повреждения тела слишком быстро срастались. Теперь же и вовсе казалось, что ничего не было. Может и в самом деле не было и рождение близнецов — еще один ночной глюк? Это предстоит выяснить.

Звуковая волна невообразимой силы разбила стеклянные стены лаборатории на мелкие осколки. Ученые, оказавшиеся рядом, теперь без движения лежали на полу. Истошно выла серена. Дина крикнула, когда иного выхода не было — либо раскрыть себя, либо получить еще одну иголку в шею и забыть всё, что вспомнила. И она выбрала первое. Совсем скоро сюда направят людей, которых раньше Дина могла бы назвать товарищами. Она не знала, где содержали детей, как и по-прежнему не знала, существовали ли они на самом деле. Но если была хоть какая-то надежда, что дети были, нужно сделать всё от неё зависящее и не зависящее, чтобы малыши не стали жертвами экспериментов чокнутых ботаников, ведь так? С мета-геном в крови или без него они — всего лишь крохи. И эти крохи её.

Предстояло наведаться в части комплекса, где Дина никогда не была, а лучше отыскать план сооружения или какое-то его подобие. Впрочем, вопрос решился довольно скоро, стоило выйти в соседнюю комнату и впечатать в стену тщедушное тельце лаборанта.

Где дети? – спросила она. В голосе проявились жесткие металлические ноты.

В блоке D, – нехотя ответил человек в белом халате и мелко затрясся от смеха, – Но тебе туда не прорваться.

Это мы ещё посмотрим, – резко произнесла Дрейк, после чего умелым движением свернула умнику шею и выпустила из рук бездыханное тело.

Часы в голове отсчитывали время, которого катастрофически не хватало. Ещё на подходе Дине предстояло пройти сквозь группу вооруженных людей. Бойцы были в курсе, что ловят сбежавшего подопытного, но, похоже, их забыли предупредить об открывшихся способностях лабораторной крысы. Следуя схеме в обнаруженном на столе планшете, Дина спустилась на несколько уровней ниже. Убежать оттуда будет сложнее, чем из помещений, располагавшихся практически у поверхности, но и уйти просто так она не могла.

Внизу было тихо. Даже слишком тихо. Дина старалась передвигаться бесшумно настолько, насколько это позволяли тапки на твёрдой подошве. Её должны были заметить, но почему-то никакой реакции на её появление пока не последовало. Озираясь по сторонам, от одной слепой зоны к другой, она пробиралась вперёд, к цели. Взгляд зацепился за приоткрытую дверь одного из помещений. Инстинкт самосохранения говорил не соваться туда и идти дальше, но ведь по ту сторону стены могло располагаться как что-то неприятное, так и полезное? Если память не подводила (а насчет этого уверенной быть она не могла), как раз где-то здесь за одной из таких неприметных дверей должна находиться комната охраны — Дина обратила на неё внимание при рассмотрении плана комплекса. Если повезет, и дверь окажется незапертой (что вряд ли), перебить даже вооруженных охранников особого труда не составит. Зато она сможет видеть всё, что происходило на уровне. Заманчивый бонус и совсем нелишний в сложившемся положении.

Но вместо светящихся мониторов и людей в форме из помещения показались двое, совершенно не похожие на «постояльцев» лаборатории, чей облик стал для неё привычным. Эти двое знакомы Дине, их она точно видела раньше, возможно, во сне, который на утро забылся. Она так и замерла на месте, вцепившись в парочку взглядом.

На её лице обозначилась глубокая озадаченность. Если она знала их, то они должны знать её. Поочередно она посмотрела сперва на рыжеволосую девушку, потом на молодого человека.

Ты... так похож на человека, которого я любила, – произнесла Дина в тот самый момент, как картины прошлого врезались в память.

Воспоминания с силой ударили в голову. Под их натиском Дина зажмурилась, а после, когда открыла глаза, скороговоркой выпалила:

Нужно отыскать моих малышей. Они забрали их.

+4

5

Злость и гнев переполняли его истерзанную душу. Никто. Никто не смеет причинять вред семье Флэша. И речь идет не только об одном лишь Уоллесе, но и о первом из Флэшей - Аллене. Сколько раз Барри готов был разорвать мир на куски, лишь бы спасти её? Сложно сосчитать, по крайней пальцев одной руки явно не хватит. А Уэст... Уэст уже терял семью и повторения совершенно не желал. И он обязательно узнает сколько человек прямо или косвенно навредили его женщине. И убьет их всех.

Мысли о мести заполняли его каждый день. Он только и мог об этом думать в перерывах между жуткими экспериментами с его телом. Что искали эти ученые? Связь со Спидфорсом? Так искусственно они не могли её получить. Или решили заняться клонированием? Слишком много вопросов и никаких ответов. Уэст склонил голову ниже, в уме прикидывая как лучше поступить. Действие неизвестной сыворотки подходило к концу и скоро его организм будет функционировать как следует. Успеет ли он выбраться из этой клетки раньше, чем вновь придут доктора и всадят ему лошадиные дозы лекарств?

Звук незнакомого голоса привлек его внимание. Слишком радостный и звонкий, что совершенно контрастировало с голосами здешних обитателей. Бегун резко поднял голову и уставился на незнакомую девушку в странных одеждах. И, что первое бросилось ему в глаза, так это её способности. Она вибрировала всем телом и её силуэт был слегка размыт. Парню пришлось прищуриться, чтобы всмотреться в черты лица. Контролировать силы было довольно сложно.

Ничего-ничего. Это ненадолго. Осталось совсем чуть-чуть - успокаивал он сам себя. Осталось только понять, кто эта девушка?

- Кто ты такая? -  его голос звучал сипло и несколько агрессивно. Парень едва успел встать, прежде чем комната пришла в движение. Что самое любопытное, он не думал о том, чтобы бежать в другую сторону. Может было раньше попробовать? Или это действует какой-то специфический детектор у двери?

Дружелюбный тон и та радость, что излучала девушка, каждый раз кидая на него взгляд, не вызывали доверия. За полгода заключения в этом аду он в принципе разучился верить с первого слова. Может это мой клон? Возможно ли это? Хм.... Рыжие волосы, зеленые глаза. Точно клон... И она знает моё имя. Придя к не особо радостным выводам, Уоллес решил ждать от этой девушки ножа в спину. Тем боле она знала как действует эта клетка. А освобождение - пыль в глаза, чтобы достичь только ей известных целей.

- Я... У меня есть ещё дела. - парень шагнул за порог клетки и облегченно вздохнул. Первый шаг на пути к свободе сделан. Пусть в этом и была замешана темная лошадка его мучителей, но с ней он разберется позже. Ему нужно найти Дину Дрейк. И, если повезет, то и собственное кольцо. Без него бегун чувствовал себя голым. И дело даже не в том, что он стоял по среди коридора в одних трусах. Совсем нет.

Уоллес хмуро огляделся, прикидывая куда держать путь. А этот псевдо-Уолли-женщина его ещё и торопила. Что несколько возмущало гордого  и разъяренного бегуна.

- У нас мало времени или у тебя? - парень сощурился, внимательно вглядываясь в девушку. Она несколько нелепо выглядела в этой одежде. Явно не к месту. Или, быть может, таким образом его пытались сбить с мысли? Быть может он будет думать, что она такой же беглец, как и он сам и нужно держаться вместе? Что ж, он готов был сыграть в эту игру. Как говориться: "Держи друзей близко, а врагов еще ближе".

Ответа он в принципе и не ждал. Молнией метнулся в ближайший поворот коридора, мимоходом проверяя все возможные комнаты и камеры. В двух он нашел бессознательных людей, тела которых были едва ли целыми из-за множества инъекций. И, по сравнению с самим Уэстом, они выглядели крайне изможденными. Использованный материал Не было жалости или сочувствия. На это просто не было ни времени, ни желания.

Дальше по коридору он нашел какой-то кабинет. И как кстати тут задержалась один персонаж, который так и напрашивался на изощренную смерть, с гордостью нося халат с фирменной нашивкой. Женщина-ученый, неожидав нападения, была грубо сорвана со стула. Горло сцепили цепкие пальцы бегуна, больно сжав.

- Где Дина? - ученый испугано взглянула на него. Ладони уперлись ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Уэст лишь крепче сжал горло и слегка приложил девушку о стену. - Повторяю свой вопрос. Где Дина Дрейк?

Правды добиться от неё не удалось. Сколько бы не спрашивал - в ответ молчание. Может она немая? Ещё раз приложив ученую о стену, тем самым оглушив её, Уэст откинул тело в сторону. Он найдет любимую сам. Взгляд упал на стол. Точнее на чудо современной техники - компьютер. Парень не просто бегал, спасая жизни людей, действуя лишь по указке "начальства". В своё время он позаботился об образовании в сфере технических наук, да и лучшие друзья - Ричард и Барбара, помогли разобраться в некоторых нюансах.

Довольно быстро он разобрался с системой и уже вовсю изучал материалы компьютера. Терабайты данных он освоил за каких-то минут пять, подмечая каждую мелочь. Как-то забылось и участие в этой истории незнакомой девушки, которая, по мнению Уэста, была его генетическим клоном. Иначе как объяснить эту силу Скорости, что текла по её венам? К слову, он нашел упоминания об экспериментах с его кровью, но результатов не было. Или просто эта блондинка была из другого отдела и доступ к информации был ограничен?

- Что? - парень вопросительно взглянул на рыжеволосую "подругу". Видимо она не ожидала от него такой жестокости, но разве имеет смысл жалеть тех, кто причинил боль ему? И его семье. Нет, он не простит ни одного виновного. Ученой повезло - она была лишь помехой, а не преступницей. Доказательства этого Уэст нашел в её компьютере. И это спасло женщине жизнь. - Тик-так, тик-так.

Уоллес бегал уже пару минут, выискивая комнату, где находились его дети. О том, что они у него есть, он так же получил в базе данных той блондинки. И это взбудоражило его не на шутку. Парень уже нашел и забрал собственное кольцо, и даже узнал где находится его любимая женщина, но все это было не столь важно, как его дети. По крайней мере Уоллес не мог себе представить, что девушку изнасиловали или просто подсадили чужую материю. Позволила бы она? На вряд ли. Да и зачем это нужно? У них и так уже есть его клон.

Рыжеволосая спутница не уступала в скорости, следуя по пятам. Уэст даже усмехнулся, слабо представляя, что сделает с ней после. Виновна ли она? Если да, то как её убить? Если нет, то куда её деть? Эти вопросы всё так же были без ответов. Слишком много вопросов, не находите?

– Ты... так похож на человека, которого я любила, - услышал Уэст, когда остановился посреди коридора, собираясь ответить этой наглой девчонке (это он про своего клона), которая вновь решила его поторопить и упомянула, что "нет ничего важнее собственной свободы". Парень резко развернулся, всматриваясь в изможденное лицо его любимой. Дина.... Уэст сделал шаг вперед. До этого он так и продолжал бегать в одних трусах, просто не задумываясь над этим. Но сейчас, увидев состояние своей девушки понял - время пришло.

Сжав кулак, Уоллес сосредоточился. Собственный костюм был порван ещё при его поимке и он не успел поместить его в резервуар кольца. Пришлось создавать его из Спидфорса. Тёмный свет обволакивал его, повторяя каждый изгиб тела. Спидфорс живой, вы же это знаете? И он подвластен воле своего носителя. А Уэст был одним из тех, кто имел к нему прямой доступ - без посредников.

- Жаль, что только лишь похож... Надеюсь они не сделали с ними что-то.... Иначе смерть их будет долгой - произнес парень, прежде чем его лицо исчезло за цельной маской костюма. Бегун сделал несколько шагов к девушке. Под маской он улыбался, но этого уже никто не видел. Только голос говорил об эмоциях.

- Не бойся меня. Для тебя я не угроза. И никогда не буду. Ты доверяешь мне?

Они вбежали в комнату, где по украденным данным были дети. Охрана тут же, волевым жестом спидстера, была отправлен в стену. Пока врагам везло, Уэст хотел убедиться в целостности собственных детей. Он слабо верил, что подобное возможное. В голове бились мысли о его прошлом, где существовали его дети. Его маленькая принцесса - Айрис. Его грозный сынишка, готовый стоять за сестру горой, но отчего то редко применяющий силу скорости. Сын должен был стать новым Флэшем. Уоллес в это свято верил, но надеялся, что в будущем его детям не придется пережить те ужасы, что видел он сам. А потом... потом его просто стёрли из Вселенной, а вместе с ним и его семью. Почему виновные ещё живы?

Уоллес подбежал к кроваткам, что стояли в самой дальней части комнаты у стены. Одного взгляда хватило, чтобы понять - это они! Он слишком ясно помнил, как выносил малышей из роддома. Отчего-то судьба решила над ним посмеяться и вновь те же родимые пятна были на тех же местах. Ошибки просто не могло и быть. Это его проклятье или его награда? Решать придется потом.

Подойдя ближе, бегун заставил маску исчезнуть, чтобы не напугать детей. Спидфорс буквально стек с его лица, позволяя всем увидеть его улыбку и слезы.

- Айрис... моя маленькая принцесса. - юноша осторожно коснулся маленькой руки девочки и та крепко ухватила его палец. Бегун улыбнулся ещё шире. Маленький Джей лежал рядом. - Эй, малыш Джей. Я... я никому не позволю вас обидеть. Никогда... И вашу маму я буду беречь лучше, чем самый важный шейх храни свои сокровища.  

Повинуясь воле спидстера, Спидфорс создал дополнительные части костюма, которые при детальном рассмотрении оказались неким подобием слингов. Туда Уэст и спрятал детей, Спидфорсом закрывая их от опасности. Не стоит беспокоиться ни о воздухе, ни о чем-то ещё. Спидфорс очень хорошо бережет своих детей.

- Айрис и Джей побудут со мной. Я более... мобилен. Ты же понимаешь, милая? - парень подошел к Дине, мимоходом её целуя. Он скучал. Дико скучал по этим губам, по этим рукам, что сжимают его ладони. И он готов пролить реки крови за каждую слезу этой девушки.

+4

6

Спидфорс похожа на строгого одинокого старого (вечного) человека, не успевшего завести своих собственных детей и очень придирчиво выбирающего, кого усыновить. И из того что знала Айрис, Спидфорс не ошибалась – наделялись скоростью только достойные, воспитанные и добрые люди. Не зря же всем Ривёрс-Флешам и/или Зумам приходилось вырывать себе скорость какими-то иными способами. Тем не менее, на них распространялись те же правила, что и на «детей», но у них не было никакого зазора, кроме собственной хитрости. Не смотря на строгость, Спидфорс терпелива к тем, кого выбрала. Только до какого предела? Сколько нужно натворить ерунды, чтобы папа-мама рассердилась? Вопросы за пределами пространства, времени и известного человечеству мира.
От папиных слов и его реакции на неё саму, Айрис сильнее напряглась и стала ещё менее осязаемой. То есть сильнее завибрировала. Потому что угрозой, похоже, были не лаборанты и их охрана, а её собственный отец. Впрочем, напрягала её больше не возможность нападения, это осознано на это всё сваливала. А на ощущениях, подсознательно – неведение. Первый враг спидстера – не знать к кому или куда бежать. Отцу она тоже не стала давать информации, но не потому что она ему не доверяла, конечно, а потому что он её сам научил – одно лишнее слово может поменять будущее планеты, а значит создать альтернативный таймлайн. Что папа и сделал, к слову. Иначе бы её здесь и не было. Но нужно было исправлять ошибки, не делая новых.
Рыжая собиралась как раз начать расспрашивать рыжего о созданных им изменениях, раз уж они не торопились свалить отсюда. Но тут он произнёс имя какой-то женщины, пытая некую учёную. И тогда Айрис решила ещё на некоторое время попридержать свои карты. Не только из любопытства, к слову, а ещё потому что этот рыжий спидстер вёл себя не совсем как её отец. Он, конечно, не убил блондинку, но был уж слишком жесток. Как какой-нибудь готэмский виджиланте. Возможно, произошла какая-то ошибка. Возможно, это был клон! И в каждой комнате позади были такие же рыжие спидстеры. На этой мысли Айрис сощурилась в подозрении.
- Что? – Спросил возможно-Уолли. В ответ Айри только дёрнула бровями и отвела взгляд. Мол, уже и посмотреть нельзя на него, какие нежные. Она осмотрела учёную женщину, та точно ещё дышала, а потом рыжая вылетела из кабинета и побежала проверить те камеры, в которые забежал её отец перед этим. Вдруг он по-быстрому прикончил клонов-конкурентов. Но там были люди, которых она никогда раньше не видела. Это её немного успокоило, хотя всех опасений не развеяло, и она вернулась к Уолли, став у него за спиной и глядя, что он ищет. Но через мгновение он вскочил и убежал. Долю секунды посомневавшись, что важней, узнать, что в компьютере, или не отставать от отца – Айри выбрала последнее, и помчалась за спидстером.
- Кому принадлежит эта лаборатория? Кого мы ищем? Нет ничего важнее собственной свободы, мистер Уэст, однажды они вас уже поймали, - поравнявшись с Уолли, засыпала она его вопросами. Со стороны казалось, что он просо хотел вернуть своё кольцо, но он почему-то его не использовал до сих пор, когда получил. Тем временем, владельцы лаборатории могли готовить спидстероловки в этот самый момент. Только поэтому девушка решила нарушить тишину, в которой они шелестели по всему учреждению до этого – беспокойство нарастало. Айрис упёрла руку в бок, приготовившись выслушивать, похоже, что-то недружелюбное от отца, но его прервала, через секунду после того как Айрис её заметила, ещё одна блондинка. На этот раз она явно была не заводилой этого места, а его жертвой. И их диалог с папой ответил на много вопросов спидстерши. Хоть и далеко не на все. Какие такие малыши. Неужели это была её мать, а малыши были Айри и Джей? Девушка выглядела хорошо для того, кто был жертвой безумных экспериментов неизвестно сколько недель или месяцев.
- Мэм, - Айрис кивнула девушке, слегка улыбнувшись, хотя для Дины, выражение её лица было загадкой ровно на столько же, на сколько и папино, скрытое маской. Потому что Айрис всё это время не останавливала вибрации, не выходила из активного подключения к Спидфорсу, чтобы быть готовой спасти отца и, судя по всему, теперь и мать. Как бонус, это ещё скрывало и её внешность для владельцев катакомб-лаборатории. Электронно они бы её всё равно не идентифицировали бы, потому как она начала существовать совсем недавно и на нынешнюю-будущую себя точно ещё не похожа, но чисто запомнить на будущее они могли.
К этому моменту беспокойство от неизвестности полностью перетекло в беспокойство о детях. То есть о ней самой. Это сто процентов не то, на что она подписывалась. В китайском монастыре она совсем перестала следить за датами, но по ощущениям, это не день её рождения. В её таймлайне он был позже, точно не раньше. Она совсем не ожидала, что доживёт тут до своего рождения и окажется к этому так близко. И Айрис не помнила никаких указаний или уроков на счёт такого временного казуса. Если об этом не говорили, вероятно, ничего страшного не должно быть. Реликты сто процентов более серьёзное надругательство над временем и... неизвестно чем ещё.
Пока отец с матерью нянчились с детьми, Айрис и сама, наконец, уселась за компьютер и здесь как раз в первую очередь были файлы о детях и их родителях. Пытаясь не выдать своего шока читая свои с братом имена, а затем ещё больший шок – наконец, ответ на вопрос, который она искала последние два года – имя матери, что само по себе было невероятным, долгожданным открытием, но ещё и её способности. Ультразвуковые крики. И потенциально более тонкие звуковые манипуляции. Айрис села прямо, её и без того быстрое сердцебиение ускорилось, секунды растянулись для неё в часы – она огромными глазами смотрела на родителей и на себя с братом. И теперь, присмотревшись, она заметила сходство этой блондинки с невероятной, известной, грозной и неотразимой Чёрной Канарейкой. В такой момент, рыжая в очередной раз пожалела, что её организм не поддаётся опьянению. Даже если бы она нашла в одном из кабинетов бутылку коньяка, он бы не помог ей с шоком. Но так было всю её жизнь, поэтому она сама с собой совладала. Дыхательными упражнениями. И успокаиваясь, она начала быстро соображать, что ей делать дальше. Загадку с матерью она решила, хотя это было вторичной целью, потому как её таймлайн был всё же важнее. Впрочем, теперь появилась новая первичная цель – убедиться в том, что мама останется мамой, а не кто-нибудь другой.
Пока Импульс медитировала в монастыре, её разум практически погружался в Спидфорс, и потому изменения этого таймлайна её «не догнали». Теперь же она с каждой секундой вспоминала всё больше и больше неприятных вещей случившихся с её семьёй. И отцом, в частности. Пока эти новые воспоминания были, как мухи в дальнем углу комнаты, назойливые, неприятные, но жужжащие тихо, издалека. И Айри совсем не хотелось слышать их ближе.
- П!.. Ugh! Уолли, я понимаю, что это всё как бассейн снега на голову свалилось и занимает все твои чувства, но... – Айрис поднялась из-за компьютера, перестав вибрировать, наверное, первый раз с их встречи, и пошла к нему. – ...Что ты сделал с таймлайном? Этого не должно быть, - девушка растопырила пальцы и расставила руки на уровне пояса, указывая на всё-всё вокруг. – Я почти полностью уверенна, что яаа... эти дети не рождались в заточении и вечно бомбардируемые экспериментами... – рыжая помотала указательными пальцами в воздухе, одним вокруг другого, чтобы показать, что что-то не срастается. И за эти секунды она передумала кучу всего. – Приоритеты, - в итоге она сформулировала все мысли в одно слово. – И то что происходит в других таймлайнах, всё равно происходит. Для нас, - на этих словах Айрис указала рукой в сторону вырубленных охранников. В самом вырубании не было ничего плохого, но она знала отца, и знает себя в своём возрасте – а потому видела, что он подумывает сделать больше.

Отредактировано Iris West II (2019-09-09 18:41:23)

+2

7

Дина была раздавлена психологически, хоть при этом внешне и не выглядела как заморыш, посаженный на хлеб и воду. Круги под глазами, более острые скулы и серый цвет лица – вот и все отличия от прежнего облика. Она была здорова физически... и с совершенной кашей в голове. И если до этого казалось, что она впервые за долгое время открыла глаза и увидела реальность, то теперь Дина уже не была столь уверена. Происходящее было похоже на сон, в котором сбывалось всё, о чем она мечтала на протяжении долгих месяцев. Вот Уолли – её Уолли – и их дети. Вот девушка, черты лица которой Дина не могла рассмотреть (что типично для сна), но откуда-то знала, что незнакомка – не угроза ни ей, ни её крохам. И почему-то знала, что она похожа на Уолли. Может это тоже он? Ведь так в грёзах бывает? Иначе как объяснить душевную теплоту, которая разливалась внутри при каждом взгляде на размытое пятно на месте её лица? Как разъяснить симпатию, которую вызывала девушка, чьё имя Дина не знала?.. Странно это и не поддается логическому анализу.

Пока всё было слишком хорошо, чтобы происходить на самом деле. Сколько ночей подряд – осознавая то или нет – она мечтала, что жизнь взаперти закончится, и она снова увидится с любимым и впредь никогда-никогда не отпустит его! И вот теперь, когда мечты осуществились… она чувствовала, что что-то не так. Здесь явно есть подвох, опознать который Дина пока не сумела. Что с ней? Где ясность ума, с которой прежде она гонялась за преступниками по улицам Готэма? Куда подевался трезвый рассудок, которым могла похвастаться Дрейк в былые времена? Исчезло всё бесследно. Единственное, что беспокоило её в данный момент – как бы прекрасный сон в одночасье не обернулся кошмаром. Но, по-правде говоря, Дина и к такому повороту была готова. Она приосанилась и подогнула ноги в коленях, будто затаившаяся пантера, готовая кинуться на неприятеля в любой момент.

“Найти врага, – крутилось в голове, – Враг где-то здесь”.

Она по-прежнему не верила, что парень перед ней и в самом деле являлся Уоллесом, которого она знала. Взгляд, с которым она смотрела на него, был далек от взгляда любящей женщины. Этот взгляд сканировал и искал несоответствия, несовпадения между видимым и образом из памяти. А действия, которые предпринимал копия Уолли... разве он бы так поступил? Разве был он настолько жестоким...

Ты не он, – негромко, но решительно и отчетливо произнесла Дина, – Ты не мой Уолли.

В глазах появился безумный блеск. В голове замкнуло. Лишь одна мысль обитала в подкорке мозга – отобрать у него детей. Не дать ему забрать их и унести с собой.

Отдай моих малышей. – медленно, отчеканивая каждое слово, произносит она.
И подходит ближе, чтобы отнять младенцев силой, если потребуется. Она не слышит аргументов, не понимает значения слов, всё, что ей нужно – вновь обнять своих крошек, прижать их к груди и знать, что им ничто не угрожает.

Когда маленькие живые комочки оказываются у неё на руках, Дина чувствует облегчение. Они вместе – она и её дети. И она порвет каждого, кто встанет на пути. Она самка, которая охраняет свой выводок и скалится на каждого, кто покажется мимо и может представлять угрозу.

Дина ощетинилась, когда почувствовала, что кто-то приблизился слишком близко и схватил под локоть. Мальчугана она передала девушке-пятну (почему? Зачем? Да кто она? – Неизвестно. Но это ведь сон, тут нет логики), в то время как девочку прижала покрепче к себе и оскалилась. Она резко развернулась, вырвав руку из чужой хватки, набрала в легкие воздуха, чтобы сказать что-то.

И крикнула.

Подобный крик недоступен для обычного человека. Сила его воздействия колоссальна и могла регулироваться исполнителем. Но Дина не умела контролировать свои способности, которые открылись совсем недавно. Её крик был стихийным, сметал всё на своем пути. Крик боли, крик отчаяния. Под действием звуковой волны взрывались лампочки и уносило прочь предметы. В какой-то момент сила крика стала настолько велика, что по стенам и потолку пошли трещины. Дина видела, чтó творила, но разве можно оставить стихию?.. Плотнее обхватив ладонями голову малютки-дочери, Дина сделала несколько шагов назад. И вдруг замолчала, упав на колени.

Тяжело вдыхая воздух, она смотрела перед собой, силясь распознать в потемневшем коридоре движение.

+2

8

Уоллес прижимал к себе детей, боясь что кто-то их решит украсть. Малыши Айрис и Джей. Дети, которых Уэст уже никогда надеялся увидеть, кроме как в собственных кошмарах. Они снились ему каждый день, вновь и вновь напоминая о своем былом существовании. Не то, чтобы в мире Морфея с ними происходили ужасные вещи и мир заливался кровью. Вовсе нет. Обычные сны, где маленькая Айрис бежит в слезах к папе, причитая на саднящие коленки. И плетущейся за ней мальчик, весь хмурый и недовольный. Только на руках отца девчушка успокаивается и рассказывает о том, что они повздорили с другими детьми (такими же как и они, с приставкой "супер"). Не поделили игрушки, а когда малыши решили просто отобрать их, уносясь на сверхскорости, то попали в ловушку одного из малолетних Робинов.

Во сне Уэст их никогда не ругал. Просто не мог. Сердце обливалось кровью, когда вновь и вновь повторялись события давно известного сна. Каждый раз Уоллес не хотел просыпаться, стараясь затеряться среди грез. Но всегда реальность напоминала о себе. Утро уносило прочь наваждение, доставляя гнетущую боль в грудной клетке. И вот, судьба, будто в насмешку, позволила ему прикоснуться к его давно потерянным любимым.

Слова незнакомой девушки, которая впервые за всё время нахождения рядом, перестала изображать из себя размытое пятно (хотя и до этого Уэст четко видел черты её лица и именно из-за этого был уверен, что незнакомка - его клон), он практически не слышал. Но как только речь зашла о детях. Его детях. Уэст тут же вскинул голову и уставился на девушку. Потребовалось секунд двадцать,  а для бегуна это непростительно долго и смело можно записывать Уоллеса в тормоза, чтобы осознать сказанное.

“Над. Моими. Детьми. Творили. Эксперименты!”

Взметнулся к компьютеру раньше, чем кто либо успел моргнуть. Малышка Айрис радостно улыбнулась, захихикала. Она с детства любила, чтобы папа её катал. И это будет до тех пор, пока она сама не освоит Силу Скорости. Пока не встанет крепко на ноги. Воспоминания, словно молния, пронеслись в сознании. В груди несколько защемило. Тем больше увиденная информация лишь больше захлестывала его, заставляя сжимать ладони в кулаки и челюсти.

Малышей пичкали лекарствами, пытаясь раскрыть их потенциал раньше времени. Названия лекарств бегуну ничего не говорили. Но вот дозировки и периодичность. По мнению ученых, у них были сдвиги в их экспериментах. Дозировки всё увеличивались и увеличивались. Скоро на тельцах маленьких бегунов не было бы и живого места, даже с учетом их безусловно быстрой регенерации. Гнев захватил его полностью. В голове забилась одна единственная мысль - убить. Убить каждого, кто посмел притронуться к малышам.

Если до этого он был уверен, что его тёмная сторона не сможет взять верх, то сейчас он абсолютно точно в этом сомневался. Частью сознания Уэст понимал, что убийство это не лучшее решение, но назойливая мысль в голове не давала покоя. И, что самое главное, он сам себя убедил в том, что смерть для этих людей будет милосердием, иначе он превратит их жизнь в Ад. Точно такой же, какой они устроили его детям. И если быстрая смерть от разрыва сердца лучше чем агония в несколько дней, то чем же такое решение плохо?

Прошло не более минуты, прежде чем бегун устремился прочь из комнаты, пробегая по коридору. В голове уже выстроилась своеобразная карта этого сооружения. И пусть в ней много пробелов и неясных моментов, но он точно знал где скрываются мучители. Под вой сирен, гул крови в висках и смех детей, радующихся скоростному забегу, Уэст несся навстречу плахе. И в этот раз он был не жертвой, но палачом. Направо. Прямо. Налево. Вверх по лестнице. Три пролета коридора. Вновь направо и сквозь дверь.   

За ним по пятам следовали девушки. Уэст не обращал внимания на них. Было всё равно - несет ли незнакомка его женщину на руках или же ускоряет её, разнося силу Скорости по телу новорожденной Канарейки. Он желал оторваться, чтобы они не успели застать казнь. Краем сознания он жалел о принятом решении. Но иного выхода Уоллес просто не видел. Если не Он, то кто? Если они будут жить, то продолжат свои изощренные эксперименты и пострадают другие люди. Другие мета. И если бы дело кончилось только людьми со скрытыми способностями. Сам комплекс то был военным, значит и эти эксперименты нацелены на создание супер-солдат.

Пятеро. Он успел убить только пятерых, прежде чем его остановили. Гнев застилал глаза. Будто кровавая пелена перед глазами. Если первых трёх он умертвил просто заставив их сердце остановиться, не нанося видимого урона и казалось, что они просто заснули, то оставшихся двух он действительно убил в особо изощренной форме. Мужчина сорока лет, брюнет, с проседью в волосах и совершенно бредовым набором фраз. Он торговался. Как и его белобрысый дружок. Один из них был превращен в овощ. Пуская слюни, тот упал на пол. Был бы трупом, если бы не блондинчик не привлек внимание, отвлекая от взбалтывания серого вещества бывшего коллеги.

- Ты... думаешь... что я прощу тебе издевательства над моими детьми? - под маской не видно было зловещей усмешки, но тон голоса заставлял последнего дрожать, содрогаясь всем телом. Он заикался и предлагал все блага мира за свою жалкую жизнь. Ха-ха-ха! Ты смешон! Последнее предложение наглеца разозлило ещё сильнее. Рывком приблизившись к мужчине, Уэст одним движением профаззировал руку тому в грудь и, схватив сердце, перестав фаззировать, просто вырвал сердце из грудной клетки.

Кровь брызнула на костюм, скрыв ярко-белую эмблему под багровыми тонами. Кусок мяса ещё несколько мгновений пульсировал в ладони, а после был брошен под ноги. Послышался плачь. Уэст не сразу осознал источник звука и как только любимая потребовала вернуть малышей ей, парень понял кто заливается крокодильими слезами. Дети! Они боялись его. В глазах ужас и отчаяние. Будто они всё прекрасно понимали и им было страшно находиться с палачом, что нес лишь смерть. Будто пропитался костюм запахом смерти. Боялись собственного отца...

И сразу ушел гнев. Оглядев помещение и наконец-то осознав сотворенное, Уэст ужаснулся. Нет. Не самого факта убийства. Этих ублюдков Уоллес не жалел и откровенно соглашался со своей тёмной стороной. Однако присутствие малышей он не учел и то, что в столь нежном возрасте они встретились с со смертью. Увидели палача. Не такого Уэст желал для своих детей.

- Я... Я... Прости... - Уоллес спокойно отдает плачущую малышку, а следом за ней и паренька. В горле стоит ком. Этот мир слишком не правильный. Но только в нём существуют его дети. И только здесь он обрёл счастье.

Дальнейшие события произошли слишком быстро. В комнату ворвались вооруженные люди. Один из мужланов потянул на себя Дину за локоть. В порыве новой злости, но уже более контролируемой, Уоллес вновь срывается с места, желая как максимум оглушить противника. Как минимум - не дать ему больше дотронуться до его женщины. Миг и комнату заполнил отчаянный крик. Крик Канарейки. Уоллес только и успел, что профаззировать в пол, упав на один уровень ниже. Больно ударившись спиной и проклиная чёртов мир и чёртову Вселенную, парень с минуту лежал. Вокруг творился хаос. Всё так же ревела сирена. Всё так же был слышен крик его женщины.  Сколько в нём было отчаяния и боли. Дина! Покачнувшись, Уоллес встал. Стены пошли трещинами. Когда бегун вернулся в коридор и бежал по лестнице, то пришлось перепрыгивать вновь и вновь появляющиеся провалы.

В нужном кабинете он оказался только под конец сил любимой. Солдаты были разбросаны в разные стороны. Ближайший к Дрейк явно был трупом. Сложно остаться в живых в эпицентре. Да и кровоточащие уши, покорёженный шлем и явные кровавые подтёки с губ говорили о многом. Уоллес благодарил всех богов за то, что в это время дети прижимались тельцами к своим защитницам, пряча лицо.

Не нужно, чтобы они боялись и мать.

- Нужно убираться. Быстро! - Уэст сам не знал, почему доверился рыжеволосому клону. Возможно потому, что ей доверяла Дина. А сама Дрейк была сейчас совершенно невменяема. Подхватив любимую на руки и опутывая их с ребенком собственным костюмом, боясь, что они могут пострадать при траспортировке, Уоллес кричал на бегу. - В дом родителей. Там сейчас безопасно. Быстро! Не отставай!

Здание рушилось. Скоро здесь будут руины, а не потайная лаборатория военного назначения. Все, кто мог твёрдо стоять на своих двоих, двигался к выходу. Уэст, желая хоть как-то компенсировать собственное звание палача, делился со всеми живыми собственными силами. Касаясь то одно, то другого человека плечом, он дарил им временно возможности бегунов. Десяти минут должно хватить, чтобы убраться из этого ада. Те же, кто и без его сил вполне неплохо справлялся с сохранением собственной жизни, не нуждались в его помощи. Но и остальных вполне хватало, чтобы Уэст чувствовал как его покидают силы.

Когда он оказался в безопасности вместе с семьей, то позволил себе снять костюм и упасть там, где стоял. Слишком много сил он потратил, спасая чужие жизни. Жизнь, за смерть. Восстановит ли это баланс в его собственной душе?

Очнулся Уоллес только спустя час. Всё тело ныло, а в желудке будто образовалась чёрная дыра. Прежде чем обратить внимание на происходящее вокруг, он метнулся к холодильнику. Энергетические батончики хранились на отдельной полке. Специальная разработка для бегунов, приносящая огромное количество калорий за раз. Барри в своё время запас их в прок. Только утолив невыносимый голод, Уоллес вернулся в зал, где любимая укачивала малышку, а незнакомка что-то увлеченно рассказывала мальчугану на диване. Девушка склонилась чуть вперёд к ребенку. Её волосы свисали по бокам, оголяя шею. И тут Уэст увидел то, что заставило его уронить батончик. Тот с глухим стуком ударился о пол, но парень этого даже не заметил. Родимое пятно. 

- Ты.... А... эм... не важно. Всё... нормально. Вроде бы... - проговорил он спокойным тоном, но на лице явно читалось непонимание и удивление.

Отредактировано Wally West (2019-10-03 19:07:21)

+1

9

Когда взрослеют дети? Многие родители считают, что для них они навсегда остаются детьми. Такие родители никогда не перестают заботиться о детях и с трудом дают им повзрослеть, не хотят отпускать от сердца. И это хорошо, лучше, чем то, что было у Айрис. Отец всегда давал ей достаточно личного пространства для взросления своей отстранённостью. Он всегда больше следил за тем, каким рос Джей, а Айрис была предоставлена сама себе даже когда не хотела этого. Стояла и смотрела за папой с братом со стороны. Иногда ей это нравилось, особенно в подростковом возрасте, иногда она жалела и завидовала, но, так или иначе, со временем в её душе холоднело. Она привыкла быть немного в стороне, чуть-чуть в зоне безразличия. Не смотря на все её бунтарские способы сместить на себя внимание, ничего не изменилось в папином отношении, и холод в душе её закрепился. Но всё равно Уолли не забывал её и есть родители намного хуже и холоднее, она знала родительскую любовь в своих первых, изначальных воспоминаниях. Но результат был таков, что она взрослела, не рассчитывала лишний раз на компанию и не выросла избалованной.
И теперь, когда молодой отец просто пропустил её слова мимо ушей, она удивилась только самую малость. Она расчитывала на помощь в разрешении проблемы, которую отец сам и создал, но не получила даже внимания. Конечно, она могла показаться подозрительной, поскольку знала много о нём и о его детях и, в первую очередь, вообще сама объявилась с непрошеным спасением, без объяснений. Но она не лекцию ему читала, которую можно будет переписать у кого-то из конспекта, а говорила важные вещи. Важные для неё, для него и самого Спидфорса!
Рыжая девушка напряглась, глядя на бездумные, не видящие её глаза отца, крепко сжала зубы, чувствуя как солнечное сплетение сковывает знакомый холод, и задумалась, зачем она вообще сюда прибежала. С большей вероятностью ей бы помогли незнакомые ей лично герои и виджиланте. Но Бэтмен был хоть и ответственным, но не был лично знаком с путешествиями во времени, не мог случайно создать альтеранивный таймлайн и не знал бы и не верил бы... для него он единый. Сейчас. А тот, кто мог понять произошедшее сразу, тот кто был виноват в этом, оказался бесполезным.
Импульс понимала сторону отца. Когда он сорвался с места, она инстинктивно последовала за ним, подхватив средней тяжести мать. Но не смотря на своё прозвище, Айрис всё реже к своим двадцати годами следовала своим импульсам, а отец, будучи сознательным спидстером, вырастившим её тоже сознательным спидстером, отдавал этому несущественному последствию основной ошибки всё своё внимание. Возможно, его экспериментами повредили.
Айрис с Канарейкой примчалась на доли секунд позже Уолли, но деяния уже были сделаны. Если повредили, то очень сильно. Рыжая, шокировано глядя на тела учёных, поставила маму на ноги, а затем взглянула на отца. Она отступила на шаг и вновь завибрировала, выражая своё защитное настроение, вместе с ней размылась и горсть эмоций в её глазах. Недоверие, удивление и даже презрение. Поправка на возраст не оправдывала ничего этого по её мнению. Последствия безумных экспериментов могли, но всё равно нужно было время чтобы сопоставить это новое существо со знакомым лицом.
Давящие из подсознания новые воспоминания начинали обретать смысл, они были словно черно-белыми по сравнению со старыми и с настоящим, происходящим сейчас. Блеклые, безрадостные. С раннего возраста была только мать, Дина, а отец был... как кошмаром для них. Для остального мира - постоянно сбегающим злодеем, на подобии Готэмских психопатов.
Айрис зажмурилась, склонив голову и заталкивая эти новые воспоминания опять на задворки сознания. Внутренние переживания отвлекли её от происходящего, в комнату с семьёй ворвались вооружённые люди, но много они эффектом неожиданности не выиграли. Рыжая резко развернулась, взмахнув распущенными волосами, и быстро разобрала винтовку одного охранника. Другой тем временем успел схватить блондинку за руку, будто их миссией было не убить их, а именно вернуть в заключение.
Впрочем, их цель так и останется загадкой, потому как дальше мать сунула дочери в руки сына и накрыла вламывающихся недоброжелателей звуковой волной. На инстинктах, которых у Айрис раньше точно не было, рыжая в два молниеносных шага оказалась за спиной Чёрной Канарейки, будто они так уже миллион раз делали, сражаясь с преступностью. Айрис ловко лавировала у неё за спиной, всё равно щурясь от звукового давления, согнувшись, и пытаясь прикрыть уши брата.
Злодейская архитекута не выдержала такого давления, кругом пошли трещины, вибрации распространились намного дальше самих звуковых волн, дестабилизировав похоже всю конструкцию цепной реакцией. Всегда полагаясь только на себя, научные объяснения она тоже научилась делать сама. Уолли провалился на уровень ниже, но Айрис уже не особо переживала по этому поводу, потому как выкинула его из уравнения, как фактор решения проблемы. Хорошо было бы не гнаться ещё и наперегонки со своим исчезанием, но её будущее было сейчас в самом безопасном месте в природе - на руках у матери. Уолли тоже был в полном порядке, совсем скоро он примчал обратно в комнату, почти сразу как из Дины вышли последние нотки.
Здание рушилось совсем быстро, будто бы такой коллапс был умышленно предусмотрен, как крайний метод быстрого заметания улик - уничтожения базы, полной незаконных исследований. Хотя может злые учёные просто продешевили с архитектором. В любом случае, даже двум спидстерам было чем заняться, помогая эвакуации.
Айрис обратила внимание на то, как активно Уолли спасал бегущих, даже расширял свою ауру спидфорса, ускоряя их временно. Это возвращало капельку надежды, но только капельку. Импульс, в свою очередь, не беспокоилась об окружающих, потому что помнила, что этого всего не будет, когда она исправит таймлайн. Она вообще была до сих пор с родными только потому что ей всунули в руки Джея. Нет, не потому что это обременяло её ответственностью за его безопасность, а потому что такое доверие вызывало надежду. Может быть, ей всё же помогут всё исправить. Скорее всего нет, но ещё один раз она готова была попробовать.
После короткой пробежки в несколько десятков миль, время приняло семейство обратно в обычное своё течение. Именно так воспринимается выход из Спидфорса. Оказавшись в спокойной обстановке, Айрис перестала вибрировать, хотя всё равно неуютно поёживалась от всего недавно пережитого. Всё тем же недоверчиво-презрительно-удивлённым взглядом она проследила за тем, как Уолли пошёл, упал и отключился. Накосячил и спать - Джею он такое постоянно спускал с рук. Недовольно дёрнув бровями, девушка повернулась к более вменяемому члену семьи, даже в нынешнем её состоянии.
- Кофе с виски? - Предложила спидстерша, двинувшись в поисках кухни или бара. Она быстро обыскала кухню, поставила вариться кофе, а потом нашла в открывающемся глобусе несколько бутылок алкоголя. Бутылку вина, джина и виски.
- Тут наверное есть во что переодеться, - крикнула девушка матери, вернувшись кухню. Блондинка явно была как дома, потому что уверенным шагом двинулась наверх, будто знала, где здесь был гардероб. - Ты любой прикид собой украсишь, конечно, но этот слишком лабораторный... больничный, и с мерзкими воспоминаниями, - рыжая чуть покривилась. И после этого она немного зависла, думая над тем, было ли это только что флиртом, и как это странно, час назад не знать даже, кто твоя мать, теперь кидать ей молодой комплименты. Но пока молчала и думала, Импульс сделала две чашки кофе щедро разбавленного виски. Вино, она тоже на всякий случай оставила на столешнице. После чего присела за стол, сместившись в своих размышлениях теперь к предстоящей задаче.
Дети мирно сопели на диване, будто и не было над ними никаких экспериментов. Они даже помнить ничего об этом не будут. Тем временем Дина вернулась к более менее взрослой Айрис и выдала ей удивительно прозорливую фразу, хоть и неверную всё же. Она назвала её саму Уолли.
- Хах! Вообще да, я сейчас больше Уолли, чем он сам, - Улыбка рыжей быстро сникла, и девушка поплотнее сжала горячу чашку в руках перед собой. Действия отца её сильно встревожили.
- Ну, я не шутила до этого, там, в лабораториях - этого всего не должно быть, Джей и Айрис выросли сами с отцом, но не в заточении и над ними не ставили экспериментов, это всё происходит... в этой реальности... которая появилась из-за небольшого изменения в прошлом... или из-за большого, - Айрис пожала плечами. - Уолли знает из-за чего... и поэтому я здесь... я из будущего, - Импульс взглянула на диван, на котором лежали и спали близняшки. Она и Джей.
- Я не могу сказать, что произойдёт с нами-кхм-с ними в этой реальности, но нам нужно что-то сделать с Уолли, и если он мне не поможет ему помочь, то мне придётся искать точку изменений самой, - пока спидстерша объясняла, к горлу подступал неприятный ком. Тяжело было так разочаровываться в своём герое детства. Даже если он любил её меньше, чем брата, он всё равно был образцовым отцом по её мнению, и таким же героем. Говорят, никогда не встречайся со своими героями, но никто не говорит, не встречайтесь с ними в их личном прошлом, если вы их знаете в их личном настоящем. Что ж, её дети теперь будут знать и эту мудрость.
***
- ...А потом Джей отрывает люк танка и говорит "план барбариска, быстро разворачиваем, а потом сосём"! - Активно жестикулируя, Айрис рассказывала историю из своего обычного, первого прошлого. - И потом он их вырубил и прыгнул к следующему, а мы пока с Найтстар сгоняли велоцераптеров с обвеской из бластеров с помощью синтезированного доисторического мяса, и тогда!.. О, Уолли! Ты очнулся, - Айрис подскочила и подошла к нему. - Кофе? Сладкого? Нужно будет быстро соображать сейчас, - предупредила Импульс, ведя отца к кухонному столу. - Нужно исправлять таймлайн, пока он не съел всё счастье, что было у меня в жизни, - Айрис тяжело вздохнула. От той искрящейся пламенной девушки, что только что весело рассказывала истории, не осталось и следа. У спидстеров всё было быстро. А для смен настроения это была вполне обычная скорость.

Отредактировано Iris West II (2019-11-05 19:41:10)

+2

10

И вот она снова оказалась в знакомой обстановке дома, который принадлежал… а кому он, кстати, принадлежал? Во время прошлого визита Уолли не особо внятно ответил на этот вопрос, а Дина, впрочем, не особо и допытывалась. Не до того совсем было. Если задуматься, между двумя посещениями этого места простиралась пропасть. Прошлый раз будто и не с ней был вовсе. Всё было по-другому, да и сама Дина также была другой.

С замиранием сердца она перешагнула через порог и прошла внутрь знакомых помещений. Огляделась — ничего не поменялось, только слой пыли с палец толщиной указывал, сколько времени на самом деле прошло. Первым делом нужно было успокоить близнецов, которые глядели огромными глазенками вокруг и бешено стучали сердечками. Поочередно она обняла малышей, покачала на ручках и заверила, что всё в порядке. Мамочка рядом, мама споёт песенку и прогонит плохое предчувствие. Спите, сладкие крошки, набирайтесь силёнок, впереди… неизвестность.

Сорвав с мягкой мебели грязные чехлы, Дина обложила края дивана подушками, сбегала наверх и, вернувшись с чистым постельным бельём, устроила подобие кроваток. Оставлять детей без присмотра она не решалась, боялась, как бы чего не приключилось. Она и так слишком долго была оторвана от них, чтобы теперь упускать их из виду хоть на минуту.

Когда хлопоты с Айрис и Джаем были завершены, и оба сопели, сложив губки бантиком, Дина поднялась с колен и осторожно попятилась назад, едва не налетев на рыжеволосую девушку, которая вместе с ними примчалась из обрушившейся лаборатории. Признаться честно, Дине бы не алкоголь, а пуля в лоб сейчас не повредила бы. Голова раскалывалась и далеко не адекватно реагировала на происходящее.

Не откажусь, — в ответ проговорила она. Всё же кофе с виски лучше, чем ничего, — Можно виски и без кофе.

Предположение (которое звучало скорее как утверждение), что в доме есть другая одежда, заставило Дину крепко задуматься. Эта девушка тоже раньше здесь была? Выходит Уолли или тот человек, который теперь выглядел как он, использовал дом как место для свиданий? Эта мысль заставила поёжиться. А может это и вовсе его дом, а не кого-то там? К сожалению, проверить правдивость сказанных в прошлом слов Дина не могла. Раньше была по уши влюблена и верила всему, теперь же попросту не могла отличить реальность от вымысла, что происходило на самом деле, а что было только сном. Поднимаясь по лестнице, она остановилась между этажами, жмякнулась спиной об стену и с силой надавила руками на виски. Она не знала, что делать дальше. Да и не удивилась бы, если бы происходящее сейчас окажется очередным видением, а, очнувшись, она снова окажется в комнате похожей на больничную палату всё в том же исследовательском центре.

Одежду Дина нашла быстро — не свою, но что попалось. Возвратившись обратно, она села на стул, подогнув под себя одну ногу. Потянувшись за горячей чашкой, внимательно посмотрела на девушку.

Ты так похожа на Уолли, — призналась Дина. Веснушки, цвет волос, улыбка, даже наклон головы и привычка как-то небрежно пожимать плечами общие, — Я бы сказала, что ты и есть Уолли. Намного больше, чем он

Она повернула голову и указала в сторону отрубившегося спидстера, о существовании которого на время и вовсе позабыли.

Как такое возможно? — продолжила Дина, но одновременно с этим догадалась, кем на самом деле являлась эта девушка. Если она тоже бегун (а в том не было никаких сомнений), значит она также могла перемещаться в прошлое, как это когда-то сделал другой знакомый спидстер, чем и вызвал изменение в таймлайне, оказавшись, по его словам, в “неправильном” мире. Рыжие волосы, лучистый взгляд зеленых глаз, даже рисунок веснушек похож.

Ты Айрис, — озвучила своё предположение — нет, практически полную убеждённость Дина. Вот только вопрос, зачем Айрис вернулась, по сути, в своё прошлое, Дрейк не задала. Наверняка, малышка Ай и сама вскоре всё расскажет.

Она отпила из чашки, намеренно сделав слишком большой глоток. Кипяток моментально обжег нёбо, затем и горло — боль настоящая, а значит она не спит. Наморщив лоб, Дина проглотила, а после снова посмотрела на девушку.

Он много раз говорил, что этот мир неправильный, — ответила она.   

Дина вяло улыбнулась. До встречи с Флэшем у неё была нормальная жизнь, которая за каких-то пару дней резко схлопыхнулась и полетела коту под хвост. Она прекрасно понимала, что значит отыскать точку изменений и устранить — Дины Дрейк не будет в том виде, в котором она существовала сейчас. Не будет её жизни, не случится её знакомства с Уолли, не будет лаборатории, а главное, не родятся Джай и Айрис.

Сквозь неискреннюю улыбку она хмурится, стараясь скрыть накатившиеся на глаза слёзы, затем резко и грубо хватает девушку за запястье и тянет на себя.

Кто ваша мать в твоей реальности?


Она задорно хихикает рассказам Айрис из прошлого, которое ещё не произошло. Ей совсем не весело на фоне всего произошедшего и того, что только должно будет произойти. Дина держала на руках дочь и пыталась представить, какой она будет через пять, через десять лет. Когда она сделает первые шаги и каким будет её первое слово. Что подарит зубная фея, когда вывалится её первый молочный зуб, и как задорно плюхаться в ванной, наполненной разноцветной пеной. Дина никогда не узнает этого, не увидит многочисленные проказы, учиненные близнецами, не узнает, какую еду они будут любить, а какую возненавидят. Всё это случится, но уже без неё. С какой-то альтернативной версией Дины Дрейк, которая, по сути, и не будет являться ею.

Но, так или иначе, для себя решение она уже приняла. Всё должно быть исправлено, чтобы у её детей было будущее, нормальное (насколько это возможно у спидстеров) детство, школа, друзья, а потом и вечеринки, первая любовь и свидания. Повернув голову в сторону, краем глаза она заметила Уолли, и тут же постаралась скрыть печальное выражение лица, сменив улыбкой. Однако долго смотреть на него и фактически врать у неё никогда не получалось, а потому Дина довольно скоро отворачивается к Уоллесу затылком, чтобы уложить дочь на диван.

Нужна детская смесь, — сказала Дина. Она прекрасно слышала, что говорила Айрис, но если ещё хоть секунду продолжит думать только о том, к чему вся эта история идёт, взорвется от истерики, — Мне нечем кормить малышей.

Всё время до и после рождения детей, её пичками непонятными препаратами разной степени тяжести. Люди из лаборатории не планировали оставлять новорожденных на руках матери, не удивительно, что с лактацией происходило что-то не так.

0


Вы здесь » DC: dark century » Архив незавершённых эпизодов » A Good Man Goes to War


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC