Готэм снова двигался по кругу, от центра к его краю и с каждым новым витком центробежная сила подталкивала город к краху. Только причина этому не очередной психопат, решивший войти в историю, не атаки извне и не мутанты, а вирус. Странный, искусственный вирус. Барбаре не надо было изучать новую болезнь, чтобы понять это. Достаточно просто вбить в поисковую строку нужный запрос и, вуаля, сотни слитых в сеть фотографий жертв эпидемии, тысячи комментариев и уже начавшаяся паника. [читать далее]
06/10/19. Свершилось! НА ФОРУМЕ ЗАПУЩЕН ПЕРВЫЙ КВЕСТ. В связи с чем добавлены акции на необходимых в сюжет персонажей и объявлен упрощённый приём для всех жителей Готэма.

08/08/19. в честь первого полугода на плаву для всех героев и злодеев действует упрощённый приём до конца августа.

11/03/19. читайте о свершениях в новом выпуске новостей.

11/02/19. А у нас тут первое полноценное объявление.

30/01/19. Теперь мы такие же стильные, как Черная Маска. С обновлением дизайна нас.

22/01/19. Усиленно готовимся к открытию, которого заслуживает этот город.

22/01/19. чирик. здесь будут новости.

DC: dark century

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DC: dark century » Игровой архив » We do not steal, but take for a while


We do not steal, but take for a while

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

We do not steal, but take for a while
Просто берешь артефакт и выносишь тихонько. Что может пойти не так?

http://s8.uploads.ru/t/fYiAK.jpg


участники
Thomas Wayne, Caitlin Snow

декорации
Готэм, Музей Естественной науки, Выставка сокровищ Древнего Египта.


Готэм - это такое место, в котором логика и абсурд идут рука об руку, стараясь не прикончить друг друга. И пока в городе процветает вирус, вроде чумы, люди не спешат терять привычку выходить в свет и трясти своими кошельками. Кто-то не очень умный проболтался о том, что в новой выставке, повещенной Сокровищам Древнего Египта есть некий артефакт, который может решить проблему с вирусом. Томас Уэйн и Кейтлин Сноу решили действовать сообща, так как их личности никому толком не известны, что не мешало слиться с толпой и выкрасть артефакт для изучения. Казалось бы, что могло пойти не так?

+3

2

На многие вещи начинаешь смотреть иначе, когда на расстоянии вытянутой руки видишь очертания Смерти. Когда несколько месяцев назад в Готэме началась эпидемия, Томас не уехал, как рекомендовали новостные каналы. Для семейства Уэйнов Готэм был родным местом, их городом, за который они привыкли чувствовать ответственность, словно он был приёмным ребенком. А разве можно бросить сына в опасности или в болезни?.. Это было бы слишком низко. И трусливо. Совсем не в характере Уэйнов, которые неслись в самую гущу проблем и стены препятствий пробивали лбом.

Когда вирус стал распространяться и отнимать всё новые и новые жизни, Томас сидел в одном из убежищ Бэтмена (которые имелись в каждом районе города и каждое из которых Брюс называл “пещерой”, хотя в действительности ничем подобным там и не пахло) и изучал молекулы инфекции. На практике он удостоверился, что зараженные на ранних стадиях болезни ощущали симптомы, похожие на отравление токсином ужаса Пугало. Однако при развитии в организме человека вирус кардинально менял симптоматику и становился похож на газ Джокера. В итоге инфицированные умирали со спазмом лицевых мышц, похожим на оскал или безумную улыбку.

Дел в бесплатной клинике прибавилось. Количество пациентов выросло в разы, и клиника уже не могла принять и разместить всех желающих. Персонал работал на износ, понимая, что пришедшим людям больше некуда обратиться за помощью. Больничные койки и носилки заполонили проходы, располагались прямо в коридорах. Медсестры порхали от больного к больному, старались уделить внимания как можно большему числу пострадавших. Но многим из заболевших на первых порах нужна была не забота, а крепкая рука, способная намертво привязать ремнями к койке и не дать причинить вред как себе, так и окружающим.

Палаты воющих, ноющих, стонущих, скулящих и кричащих людей, обреченных на смерть...

Томас не относил себя к числу пессимистов, он был реалистом и понимал, что заверение властей о том, что лекарство ищется и должно быть в скором времени обнаружено – ложь. Никто не знал, что это за болезнь, откуда она взялась и каким способом с ней бороться. На выявление антидота могут уйти месяцы и даже годы. И пораженные вирусом до того момента просто не доживут.

Страшно видеть, как любимый город, пусть который никогда и не был идеальным, вымирал на глазах. Ещё страшнее осознавать собственное бессилие – ты ничего не можешь сделать, чтобы ЭТО остановить. Однако Томас не сдавался и делал, что мог.

Мэри, ты плохо выглядишь, – сказал он как-то девушке, бывшей волонтером в клинике, – Сходила бы ты домой, отдохнула бы. Твоя помощь нам ещё понадобится.

Он не хотел раскисать и говорить, как всё плохо. Это и так было всем известно. Томас выжидающе посмотрел на девушку и улыбнулся.

Вы бы на себя посмотрели, доктор Хоук, – отозвалась Мэри, – Сколько уже длится ваша смена?
Тогда он отшутился, что пусть и старик, но ещё довольно крепкий, хоть и ощущал озноб. Спустя несколько дней Томас подвергся первому приступу панической атаки.

Он понимал, что времени у него оставалось совсем немного, и сдохнет он быстрее, чем дождётся обещанной вакцины. В своих исследованиях Уэйн успел выяснить, что лошадиная доза антибиотиков способна замедлить развитие вируса, но насколько он не знал. А потому горстями глотал таблетки и никому не говорил о своём заражении.

Когда традиционная медицина бессильна, волей-неволей обращаешься к тому, что необъяснимо. Надежда умирает последней, знаете ли… а до сих пор Бэтмену везло ухватываться за соломинку, протянутую утопающему, и выбираться из круговорота событий, какими бы опасными и закрученными они ни были. Томас не опускал руки, просто не мог. Не сейчас, когда судьба, наконец, повернулась к нему лицом то ли сжалившись, то ли чтобы нанести новый удар под дых. А потому он работал. Изучал бактерию, наблюдал больных, исследовал мифологию. На крайний случай он знал, что, по крайней мере, один миф правдив и что целительные воды Лазаря – не выдумка и действительно существуют. Знал и где располагается источник. В своём мире он давно прикончил Рас Аль Гула, но в мире этом хитрый лис здравствовал и по-прежнему содержал в своём Клыке несчетное количество ассасинов, вступать в схватку с которыми больной старик мог только если бы окончательно выжил бы из ума.

Был и другой миф. Очень и очень спорный, но когда речь заходит о легендах, разве бывает иначе? Томас увлекся египтологией, обложился трудами и жизнеописаниями. По счастливому (и счастливому ли?) стечению обстоятельств выставка с сокровищами Древнего Египта приезжала и в умирающий Готэм – символично ещё как! По этому случаю организаторы устроили банкет – пир во время чумы, не иначе. Попасть на приём можно было по приглашению, которое пришло на имя Брюса, но не Томаса. Но являлось ли это проблемой? Едва ли. Костюм поприличней, чем те, что надевал Томас в клинику, да спутницу покраше. К слову о спутнице...

Ты интересуешься древней историей? Я не себя имею в виду, – словно невзначай поинтересовался он у Кейтлин Сноу во время последнего посещения реликта, где размещалась база ЛСА. Будь на дворе другие времена, Бэтмен-который-не-тот никогда не очутился бы месте сборов организации, к которой не принадлежал. Но когда целый город находится на последнем издыхании, смешалось всё. Герои объединились, не местные старались не соваться не в свои дела. Даже злодеи не выкидывали новых фокусов.

У меня есть два поддельных приглашения на приём, приуроченный к открытию выставки древнеегипетской культуры. Составишь компанию?

Тот факт, что по сообщению от неизвестного источника именно на эту выставку и именно в вечер приёма будет совершена попытка ограбления, Томас умолчал. Наверняка, Фрост и сама уже обо всём знала. Впрочем, о своих личных мотивах он также решил пока не распространяться.

+2

3

Кейтлин было не привыкать к вечной беготне и накалу страстей в штабе ЛСА. Если говорить честно, то это был тот еще рассадник сомнительных личностей с дерьмовым характером, который выскальзывал наружу в самый неподходящий момент. В какие-то моменты, она даже бурчала о том, что лучше бы ее оставили в лапах Уоллер в тюрьме Бель Рив. И каждый день не обходился без эпичных фейспалмов. Сноу, как человек достаточно тихий и не показывающий своих эмоций, была единственной, кто мог трезво смотреть на ту или иную ситуацию, ну, разве что, еще Дина и ее врождённые лидерские качества. Райан был еще слишком молод и порой паниковал, Лисица не раздумывая бросалась в бой, а Лобо… это Лобо, тут и говорить не о чем. Абсолютно все совместные миссии шли не по плану и заканчивались таким расхлёбыванием каши, что лучше бы они и не брались за это.
   Если обычные дни проходили в атмосфере эпичного дебилизма и попытками хоть как-то вырулить ситуацию, но с приходом этого таинственного вируса, все стало еще хуже. Ее напарники были на нервах, срывались друг на друге, и чуть ли не доходило до драки. По началу, Сноу пыталась быть голосом разума, убедить всех в том, что нужно действовать сообща, найти причину и решить проблему, но затем просто скрылась в своей лаборатории. Бывало, она по нескольку дней пропадала среди капсул с химикатами, медикаментами и пробирками с частями вируса, лишь изредка покидая лабораторию в поисках тепла, или просто выходила подышать. Кейтлин могла часами сидеть над расчетами формул и смотреть на то, как безнадежно молекулы антисыворотки распадаются на части в компьютерной симуляции. Порой, Сноу просто сидела за рабочим столом, закрыв лицо ладонями до тех пор, пока по стенкам не стал расползаться слой инея. Тогда-то Кейтлин и поняла, что ее способность к регенерации  и мороз можно использовать для того, чтобы на время сдержать распространение вируса по организму. Тогда и пошли опыты с симуляциями. Была создана антисыворотка, на пару часов останавливающая вирус. К сожалению, хоть это и работало, но не устраняло саму проблему. Доктор Сноу снова зашла в тупик.
   Дважды за неделю она связывалась со СТАР Лабс и Капитаном Атомом, в поисках хоть какой-то зацепки, но все так же было тихо. Черт, даже Бэтмен еще не нашел никакого решения. Бэтмен! Дело дрянь, эта зараза распространялась с каждой секундой, угрожая почти всему населению Готэма. Но, кто знает, где она могла оказаться в следующий раз. Были слухи, что подобные очаги распространения были замечены в Бладхэйвене и Бернсайде, а оттуда все может расползтись до Метрополиса и Айви Тауна… Сноу чувствовала какую-то ответственность за происходящее и всеми силами пыталась решить эту головоломку… и честно говоря, она подустала. Не столько физически, сколько эмоционально. Среди ЛСА только они с Атомом были учеными, которые что-то пытались сделать, но все шло слишком медленно.
   Сноу уже минут десять наблюдала за тем, как Лисица с Лобо выясняли отношения прямо перед стеклянными дверьми лаборатории. Хорошо, хоть звукоизоляция делала свое дело. Она сложила руки на столе и положила подбородок на ладони, предполагая, как же дальше развернутся события и не придется ли вставлять новую дверь. Сноу нашла себе развлечения в качестве того, что рассматривала силуэты людей через стеклянные колбы с разными жидкостями, как вдруг, в лабораторию пожаловал гость. Честно сказать, она была поражена появлению мужчины и с неприкрытым удивлением подняла голову в его сторону, а затем выпрямилась, усевшись ровно в лабораторном кресле.
   - Вот так сразу, ни тебе здрасьте, ни как ваше здоровье, мисс Фрост? – безо всякой улыбки произнесла Сноу. Ее лабораторный халат за день уже весь помялся, где-то рукава были прожжены (следствие неудачного опыта), а так, в целом выглядела вполне обычно, ну разве что, малость бледновата. А вот мистер-сама-элегантность-Уэйн, был одет с иголочки, в очень подчеркивающем телосложение, костюме. В былые дни, Кейтлин сочла бы его привлекательным, жаль, что теперь для нее это не имеет это смысла, хотя она и старается вновь развить в себе это чувство. Тем не менее, его сигнатура уж точно выглядела заманчиво, хоть и ощущалось что-то еще, но Сноу смахнула это на обилие препаратов, находящихся в помещении. – Чувство такта уже теряет свою важность. Но добро пожаловать в мою лабораторию. Предложила бы чаю, да его нет. – Тем не менее, она сухо улыбнулась, ей нравился этот «особый» юмор, наверное потому что, был похож и на ее. То есть, не совсем смешной.  – То есть, из всех женщин, которых ты мог пригласить, ты выбрал самую безэмоциональную и с диссоциальным расстройством личности? Вот это ты конечно в шатком положении. – Кейтлин встала с места и, сняв халат, повесила его на вешалку. – Ты про тот самый прием говоришь? Слышала вокруг него уже назревает  общественный скандал и менее общественное посещение радикальных личностей. Не то чтобы я следила за новостями. Но с чего тебе-то туда идти? Мне всегда казалось, что посещать такие мероприятия – удел твоего, - «ух, даже язык не поворачивается это произнести», - Брюса. А тут ты, да еще и с сомнительной спутницей. В чем подвох? Личные мотивы? – Сноу прислушалась к сердцебиению, но оно как билось ровно и спокойно, так и продолжало. «А он хорош, не выдает ни единого скачка. Это восхищает». Она повернула голову в сторону двери и заметила, как что-то врезалось в стекло. Сноу тяжело выдохнула. – А знаешь, почему бы и нет. Мне не помешает компания получше, чем все это. У меня квартира в центре у парка, раз играем в достопочтенных граждан, то будь джентльменом, заедь за мной вечером.

   Кто бы мог подумать, что в кое-то веки, Сноу удастся надеть что-то помимо костюма или лабораторного халата. Честно, ей пришлось выкручиваться из ситуации, сооружая что-то новое у себя в гардеробе. Она ограничилась, черным костюмом из длинной юбки и блузкой, с декольте и рукавами в три четверти. Если откинуть нижнюю часть, то получится вполне себе удобный наряд  Фрост на случай непредвиденных ситуаций. Волосы  кое-как пришлось уложить в прическу, но большая часть локонов спадала на плечи. На шее лежало ожерелье из множества мелких мерцающих, словно бриллианты, снежинок.
   Как только они с Томасом оказались у входа в здание, Сноу почувствовала, как много людей внутри. Не то, чтобы это ее волновало, но обилие такого количества тепла в одном месте может сильно сбить с толку. Тем не менее, Кейтлин сжала в руке свой клатч и сделала лицо попроще.

+3

4

Непросто выйти в свет без маски, когда твоя физиономия обладает слишком явными фамильными чертами. Но это еще полбеды. Сложно затеряться в светской толпе, когда ты Томас Уэйн – меценат, глава империи и небезызвестный сын Готэма, пусть и в прошлом. Томасу всегда казалось, что трагедия на Парковой Аллее произошла очень и очень давно – так давно, что облик несчастного отца должен был стереться из людской памяти. Но вместо этого в газетах, журналах и Интернете то и дело время от времени мелькало лицо прежнего Томаса, ставившего внешнюю сторону успеха выше, чем тихое и семейное, что должно оставаться личным. С фотографий на читателя смотрел совсем другой человек – уверенный в собственной неуязвимости, с горящим взором, который в одиночку бросал вызов всему Готэму… всему миру. Теперь же Уэйн-старший видел клоуна в прежнем себе. Тот Томас ещё не испытал горечи утраты, не знал угрызений совести и не продолжал жить, когда по всем законам здравого смысла должен был умереть. По сути, он вообще ничего не знал и слишком недооценивал противника. Фатальная ошибка.

“Идиот”, – вяло скалился он на улыбку во все тридцать два на старом фото и продолжал опустошать бутылку.

С тех пор прошло почти тридцать лет, а Томасу до сих пор казалось, будто каждая собака в этом городишке знала его в лицо и, глядишь, кто-нибудь вдруг окликнет со спины, назвав по имени. Такое происходило в родном для него мире, но здесь? В этой реальности Томас и Марта Уэйн давно мертвы. Стоит отпустить паранойю, ведь кому какое дело до убитого в прошлом папаши Брюса? Да и мало ли похожих людей… Но от общества пожилых людей (к которым в силу возраста принадлежал и сам он) лучше все же держаться подальше.

И всё-таки любил он этот город, который с наступлением темноты либо превращался  в царство преступности, либо притворялся целомудренной барышней, не пробовавшей ничего крепче бабушкиной настойки. В эту ночь Готэм играл роль благополучного гражданина. Свет огней казался доброжелательным и безопасным. Улыбка вышколенного валета заставляла верить, что твоей машине и в самом деле ничто угрожает. Это не тот Готэм – нет-нет, тут не поджидают на каждом углу карманники, угонщики и вовсе никто не собирается воткнуть нож в спину.

Враньё.

Увидев Кейтлин, Томас понял, что, кроме как в геройской униформе да в непонятного вида халате, он и не лицезрел её никогда. Было даже интересно наблюдать её в нормальном человеческом виде, хотя слово “нормально” едва ли уместно, когда речь заходит о геройской братии.

Взгляд проскользнул с ног до головы, чуть задержавшись на ключицах девушки. Похоже, Фрост слишком буквально поняла “Черный галстук” как название дресс-кода. Но говорить об этом, Уэйн, естественно не собирался.

Я знал, что ты принарядишься, и даже побрился, – произнес он. После чего выставил в сторону согнутый локоть, чтобы Сноу могла взять его под руку, – Выглядишь необычно... и хорошо.

Вместе с Фрост они подошли ко входу в здание, где гостей встречала охрана с видом “у нас всё под контролем, нечего бояться, проходите быстрее”.

Как и предполагалось, проблем с доступом внутрь не возникло. Молодому поколению иной раз следовало бы обратиться к проверенным веками спискам гостей, а не к электронным планшетам, взломать которые можно было удаленно, что Томас предварительно и сделал. И теперь и доктор Штейнберг, и его сопровождающая беспрепятственно прошли к месту действия.

В таком приличном обществе и показаться стыдно, – проворчал себе под нос Томас, осматривая и собравшихся, и выставленную под стеклянными колпаками часть экспозиции. Нужной ему вещи среди представленных не обнаружилось.

Стащив с разноса официанта два бокала шампанского, он протянул один из них спутнице и вместе с ней прошелся вглубь зала.

Почему именно Фрост? Ответ был у Томаса сразу, а потому этот вопрос не застал врасплох ещё тогда в лаборатории. Из всех возможных кандидатур только её личные мотивы не конфронтировали с мотивами Томаса. Она не психовала, не испытывала давления от личных переживаний, она исполнительна и соображала куда лучше, чем вся оставшаяся часть ЛСА вместе взятая и приплюсованная к “мозгам” старшей Лиги. К тому же, Фрост предсказуемая, хотя, конечно, у неё были свои бзики. Но, опять же, самой Кейтлин так бы он никогда не сказал. А потому ответил, что отсутствие эмоций и было решающим фактором в выборе, и всё, что он неё требуется – всего навсего не растаять в его обществе.

Ты не думала, на что именно охотятся предполагаемые грабители? – Томас подошел ближе к стеклянному ограждению, чуть подавшись вперед, делая вид, будто представленный кусок желтого металла, испещренный древними письменами, представляет для него интерес.

Бесполезная побрякушка. Бессмысленная и бестолковая.

В египетской письменности существовал иероглиф анх, называемый ещё “египетским крестом”, – продолжал он, всматриваясь в неровные узоры, – Символ вечности, жизни. Согласно легенде, чаша в форме анха способна излечить, вернуть душу из другого мира.

Наконец, отыскав на золотой дощечке искомый знак, Томас впился в него глазами.

В умирающем Готэме... чаша жизни… – он неопределенно улыбнулся и качнул головой.

В зале, где проходило торжество, никакой чаши выставлено не было, и Фрост не могла этого не заметить. Сокровище охранялось более тщательно, в другом месте, в сейфе или хранилище с хорошей охраной, проникнуть куда будет намного сложнее, чем попасть на праздное мероприятие.

Мы украдём её первыми, – твёрдо произнес Уэйн, а затем обратился к девушке, – А ты усерднее налегай на алкоголь. Тебе предстоит сыграть роль подвыпившей капризной женщины, которой срочно нужно проветриться.

+1

5

Кейтлин приняла комплимент и улыбнулась. Интересно, мистеру Уэйну было так же странно, как и ей или это только Сноу чувствовала себя не в своей тарелке? Ну, ко всему прочему, она решила, что будет до конца играть свою роль на этом вечере. Даже несмотря на то, что почти все миссии Лиги не проходили по плану, Кейтлин старалась держаться хотя бы первоначальной его версии. Хотя бы для вида.
   - Ну, что ж, спасибо. Ты тоже. Далеко не все могут похвастаться тем, что им идут костюмы, - кивнула девушка Томасу, беря его под руку. – И на какие только жертвы не пойдешь ради дела.
   Кейтлин попыталась выразить наиболее дружелюбное выражение лица, насколько позволял ее эмоциональный статус. Она вновь улыбнулась, на этот раз уже охране на входе, и они вместе с Томасом, а точнее с доктором Штейнбергом попали внутрь самой выставки. На входе она так же приметила, что многие из дам были в роскошных шубах и мехах, которые сдавали в гардероб. С ее невосприимчивостью к холоду, Сноу совсем позабыла о том, что нужно было разжиться верхней одеждой. Ну, по крайней мере, если кто спросит, у нее уже был готов ответ. Пока все шло по плану. В помещении было много людей, которые что-то обсуждали, ели закуски и попивали шампанское, которые только и успевали подносить официанты. От чего-то Кейт показалось, что большинство людей явились сюда только для того, чтобы потрясти своими кошельками и драгоценностями, а не ради благих целей. На улицах погибают люди, чума накрывает город, а они ничего не пытаются с этим сделать. «Ох, ну вот, кажется, у тебя развивается комплекс героя, вот еще чего не хватало. Ты сегодня другой человек». И правда, приглашение было оформлено на мисс Сибил – плюс один с доктором Штейнбергом. Вряд ли это кто-то будет проверять. Но вопреки этому, Сноу волновало еще и то, что ее кто-то может узнать. Киллер Фрост в свое время натворила дел и те, кто хотел узнать, узнали, что это была Кейтлин Сноу, но с появлением Фост все вроде поутихло. К тому же, Кому придет в голову сейчас копаться в этом. Кейтлин подготовилась, принарядилась и очень надеялась, что этот камуфляж сработает на уровне очков Кларка Кента.
   - Когда-то и я посещала подобные вечера, - тихо сказанула Сноу, разглядывая выставленные экспонаты. Конечно, под этими вечерами она подразумевала редкие студенческие вечеринки, на которые ее приглашали, но подтекст был сохранен. Когда-то она и принарядиться любила. И пока ее до конца не одолели бесполезные флешбеки прошлого, Кейтлин, взяла бокал шампанского из рук сопровождающего и, как ни в чем ни бывало, продолжила, -  если честно, я ничего не понимаю в подобных… экспонатах. Вот если бы мы были на открытии лаборатории, в которой смогут очищать тяжелую воду без остаточной радиации, то это другой разговор. – Сноу скептически посмотрела на пузырьки, поднимающиеся со дна бокала, но все же сделала пару глотков. Нет, ничего нового, все еще бесполезная безвкусная водица. Прискорбно, потому что, Кейтлин соскучилась по вкусу текилы… да по любому вкусу.
   Они с Томасом разгуливали между витринами и внимательно высматривали то, что могло бы привлечь их внимание. В то же время и Сноу подсматривала на людей вокруг: учащенное сердцебиение, непонятные сигнатуры, резкие движения и тому подобное. Нужно отдать Бэтмену должное, он многому ее научил. В том числе концентрации и внимательности, теперь она подмечает вещи, на которые раньше не обратила бы внимания. Чертов Бэтмен сделал из нее детектива, вы посмотрите на него. Кейтлин взглянула на Уэйна через стекло по ту сторону витрины с золотыми украшениями и пластинами с иератическим письмом (это ей пришлось прочесть в табличке с описанием).
   - Я думала ты тут у нас детектив, - пожала плечами Кейтлин и допила шампанское, отдав бокал официанту, пробегающему мимо. – Не знаю, драгоценности? Ценные экспонаты для продажи на черном рынке? Бабушкин сервиз? Или выкрасть мумию. Слышала, что в начале двадцатого века их использовали для растопки паромов в Каире? К слову об этом, - она вновь огляделась, - что-то я не вижу ни одной… - Странно, что на выставке посвящённой Древнему Египту, не было ни одной растопочной мумии. Это заслуживало того, чтобы обратить на такое внимание? Но Томас уже перешел к другой теме и указал на один из экспонатов.  Сноу наклонила голову, рассматривая этот крест, и приметила то, что похожий носил Доктор Фейт. Кажется, у него была какая-то история с Египетскими богами или чем-то вроде того. – Ха, иронично, не так ли? Находясь здесь, все кажется таким безмятежным, а как только выходишь в центр или того хуже, в Глейтс, все оказывается не таким радужным, - Сноу переменилась в лице и задорный настрой на тупые шуточки как-то поубавился. Но зато теперь стало понятно, что нужно искать. Таинственный Святой Грааль, который был спрятан от любопытных глаз. «От тебя такое не скрыть, хитрый ты лис». То, что они собирались украсть спрятанное сокровище, как в какой-то игре, ничуть не удивило Сноу, потому что… ну, когда все было просто? А вот предложение сыграть непривычную для нее роль звучало заманчиво. Она успела забрать с подноса очередной бокал и сделать пару глотков. Сноу подошла на два шага ближе к Томасу, почти вплотную. – Ты же знаешь, что это скорее я тебя смогу опоить, чем ты меня, да? – Ну, разумеется он знал, просто подобные сцены больше устраивают женщины, да и выглядит это зрелищнее.
   Кейтлин понадобилось минут десять, чтобы выпить еще бокала четыре бесполезного алкоголя. Но зато, она была на виду, и кто-то уж точно видел это. Такой плюс в копилку легенды. Ее начало пошатывать  и Сноу пробиралась через толпу наряженных людей с дебильной улыбкой и тихими «простите, извините, упс». Честно признать, Кейтлин это даже нравилось – быть кем-то другим, не такой холодной и безэмоцинальной. Но, все равно это была та же Фрост. Только под другой маской.
- Ой, упс, простите, - Сноу врезалась в Томаса, падая в его объятия. – Доктор, - Кейт постаралась сделать наиболее серьезное лицо, насколько это могла сделать подвыпившая женщина. Такая вот игра внутри игры. – Кажется я немного перебрала… совсем чуть-чуть. Мне кажется, что мне надо выйти на балкон, но… ох, туфли! Эти туфли такие неудобные! – Она попыталась их снять и уже заметила то, что ставит своего спутника в неловкое положение, и он будет просто вынужден вывести ее из зала. – Убери руки! Я сама могу идти!

+2

6

Томасу и самому никогда не нравились подобные мероприятия, главный смысл которых почесать самолюбие собравшихся, мол, посмотрите, мы тут деньги жертвуем/собираем/за экологию радеем, мы молодцы. На деле всё это – сплошное лицедейство, и, что самое интересное, каждый здесь об этом знал. Плевать этим людям на всё, что происходит за воротами их особняков и за стенами пентхаусов, их совершенно не тронет, даже если случится потоп – наоборот, отличный предлог покататься на личной яхте. Таковы “сливки” общества не только Готэма, люди везде одинаковы. Когда-то в прошлом Томас верил, что собственным примером сможет изменить положение вещей, складывавшееся веками. Теперь же он видел, что этому миру поможет разве что пуля, пущенная промеж глаз.

Он был согласен с Фрост в том, что существуют и более занимательные события, нежели бесцельные прогулки по залу и опустошение хрустальных бокалов. Пусть подождет, скоро ещё и закуски вынесут. Достопочтенным гостям негоже напиваться на пустой желудок, правила хорошего тона не велят.

Да, но в нашем случае вода не поможет, – ответил он. 

Да и не факт, что что-то, способное облегчить ситуацию в городе, на сегодняшний день существует. Сыворотки против болезни нет, и не будет ещё неизвестно сколько. Потребуется время, которого у Уэйна осталось слишком мало. По большому счету, ему и на текущую болтовню в купе с фальшивыми улыбками жаль тратить драгоценные минуты и часы. Если Томас проживал последние дни в своей жизни, то не так он хотел бы их провести.

Но секундная слабость и стариковское нытьё быстро прошли. Не время раскисать. Он не сдастся до последнего, будет искать способ и, если смерть всё же настигнет, то лучше умереть в драке, чем немощным и дряхлым, лёжа в собственной постели. 

Какое у тебя плоское мышление! – сморщившись, будто проглотил что-то горькое, фыркнул Томас на предположения Сноу относительно целей грабежа, – Ты же в Готэме, здесь преступление возводится в ранг искусства, а самые заметные бандиты называют себя гениями и принцами. Украсть, чтобы продать – слишком прозаично.

Кейтлин правильно заметила, здесь Готэм другой. Не тот реальный, что каждый день виден на улицах и в домах обычных граждан, этот Готэм выстроен искусственно и существует в мировосприятии очень ограниченного круга лиц.

Конечно он был в курсе относительно талантов спутницы. Но по-настоящему захмелевшая женщина ему была и не нужна. Требовался напарник, а не балласт, который доставит только лишних хлопот. Наблюдая, как Сноу с завидной скоростью опустошает бокалы, Уэйн усмехнулся, лукаво приподняв уголки рта.

Напоишь меня как-нибудь в другой раз. Обещаю, – всё с тем же видом заговорщика заверил он, хотя и сам не особо верил в правдивость данного обещания.

“Если не сдохну до этого”, – мысленно добавил Томас. Задумчиво покрутил ножку бокала, зажатую между пальцами, а после отдал оказавшемуся рядом официанту.

Умница, – произнес он так, чтобы слышать могла только спутница, – А теперь громко засмейся, будто услышала что-то очень смешное.

Само по себе молчаливое поглощение алкоголя требующегося эффекта не даст. Фрост нужно обратить на себя внимание, и как можно большее, чтобы последующий ход в глазах собравшихся выглядел само собой разумеющимся решением и вопросов не вызывал. Но, надо отметить, объяснять два раза не пришлось, и девушка сама неплохо ориентировалась в ситуации. И, предварительно оттоптав ноги чуть ли не трети присутствующих, выдала условный сигнал, что готова к исполнению следующего этапа плана.

Томас недовольно свёл брови, отстраненным взглядом посмотрев на спутницу. Подхватить-то её он подхватил и удерживал очень реалистично, будто без опоры она и в самом деле бы рухнула, но всем своим видом пытался изобразить, какое неудовольствие вызывает в нём это происшествие.

Прекрати немедленно, – прошипел Томас сдавленным голосом, но окружавшие люди отчетливо слышали его слова.

И когда реакции со стороны девушки не последовало, схватил её чуть выше локтя и грубо поволок через весь зал к выходу на балкон. Попавшимся на пути людям он натянуто улыбался и приносил извинения, мол, сами всё видите.

Дорогу заступил охранник, которому положено было находиться именно на этом месте. Но увидев, как Фрост очень натуралистично изображала рвотный рефлекс, без лишних вопросов выпустил парочку на воздух. Можно считать, что первого промежуточного рубежа плана они достигли весьма успешно. Томас отвел Кейтлин подальше, так, чтобы куст с увесистой кроной, росший в горшке, хотя бы частично скрыл их из поля зрения охранника и особо любопытствующих гостей. Сам Уэйн повернулся ко входу в зал спиной, практически полностью закрывая собой девушку.

А ты схватываешь на лету, – первым делом сказал он, – Мой сын хотя бы догадывается, насколько ценный кадр заполучил в свою команду?

Однако здесь не самое подходящее место, чтобы осыпать даму комплиментами. К тому же, никто не позволит прохлаждаться на воздухе всю ночь. Да и роль Фрост на этом вовсе не заканчивается.

Томас посмотрел вниз, моментально отыскав глазами охранников, патрулирующих здание по периметру. За безопасность экспонатов и гостей вечера следили и более надежные системы, такие как датчики движения, тепловизоры. С крыши соседних построений наблюдали видеокамеры. Таким образом, незаметно подобраться к музею с улицы оказалось бы проблематично. Не хотелось бы расстраивать заявившихся грабителей сообщением, что кто-то из виджиланте их уже поджидал. Расстроились бы ещё и передумали.

Двумя этажами выше находится хранилище, – Томас досконально изучил план музея вместе со схемой расположения помещений. Сноу лучше не знать, каким образом он раздобыл эту информацию.

Он оголил запястье и нажал на кнопку на часах, после чего в воздухе спроецировалось трехмерное изображение.

Вот здесь, – пальцем указал он на комнатку в конце коридора, – Ты ведь умеешь летать, верно? И лазерную сигнализацию для тебя обойти не проблема…

В этом и был его замысел. Не нужны ни крюки, ни техника – нужен только правильный партнер. Фрост. Томас выдал ей крошечное устройство, благодаря которому он будет слышать её, а она его.

На третьем от угла окне отключена сигнализация. Ненадолго, – заметил он спокойным голосом. Как бы он ни к чему не принуждал, но кто-то же должен спасти от бандитских лап древнейшую реликвию. И этот кто-то на сей раз не Бэтмен.

+1

7

Сноу было плевать на прозаичность злодеев. Ей уже настолько осточертело, что половина из них просто выставляла себя позерами и криминальными умами на показ, что тянуло блевануть. В то время, как у некоторых просто не было выбора, как что-то украсть. Но, тут был совершенно другой случай. То, зачем придут негодяи (если заявятся вообще), можно продать только на черном рынке за большие деньги, а значит, у них были связи, навыки и, возможно, план действий. Не просто воришки.  Теперь девушке даже захотелось на них взглянуть. Интересно же.
   Кейтлин все пыталась вырваться из рук своего сопровождающего, попутно высказывая ему оскорбления, да и все то, что о нем думает. Краем глаза она подметила, что люди то и дело посматривают за этой истерикой, устроенной изрядно подвыпившей женщиной. Они шептались, тихо смеялись и чуть ли не показывали пальцем. Должна была ли Фрост оскорбиться на это? Вряд ли. Сейчас она была полностью настроена на то, чтобы выполнить миссию, а чужие осуждающие взгляды... ой, она это уже все проходила ранее, ничего удивительного. Зато, она довольно успешно заставила своего доктора почувствовать стыд за свою спутницу и увести ее подальше от любопытных глаз. Как только фигура девушки скрылась за пышным декоративным растением, с губ улыбка слетела так же быстр, как и появилась. Сейчас за ними никто не наблюдал, по крайней мере, она не чувствовала кого-то в непосредственной близости.
   - Ну, если он забрал меня у Уоллер, то видимо что-то, да увидел, - быстро проговорила Фрост. Ей все еще было странно осознавать то, кем эти двое приходились друг к другу. Да, сходство, как говорится, на лицо, и сигнатура совпадала (что Сноу приметила в их первую встречу), но эти параллельные земли были для Кейтлин в новинку и еще непонятыми. - Но приятно осознавать, что я приношу кому-то пользу.
   Сноу выпрямилась и внимательно посмотрела на Томаса, проследив за его взглядами по округе. Ну, конечно, он уже прикидывал все пути к сокровищу, а так же, собственно, пути к отступлению. Одно дело - войти за экспонатом и совсем другое - втихую вынести его. Но, к слову, Сноу вытворяла и не такое. Пока, все выглядит не таким уж и не выполнимым. Она внимательно рассмотрела трехмерный план и прикинула, как можно быстро, тихо и незаметно туда пробраться. Насчет двух пунктов она не беспокоилась, ее силы ей помогут пробраться как ниндзя, но вот быстро... кто знает, какие замки ожидают Сноу на пути. Кейтлин не стала выпендриваться и выдавать какие-то колкие фразы по поводу того, что она опять все делает в одиночку, лишь кивнула головой. Выбора у них не было и в качестве воровки выступит именно Фрост. Не то чтобы это было чем-то неожиданным. А вот Томас был на подхвате, сообщая обо всем, что происходит в зале и не появятся ли их ребята раньше времени. Она включила наушник и проверила, работает ли он.
   - Все ясно, проникнуть, незаметно выкрасть и вернуться обратно, что может пойти не так, - Фрост пожала плечами и взглянула вверх через два этажа. Перекинув свою сумку-мешочек через плечо, она очень надеялась на то, что кубок не окажется слишком большим. Можно было, конечно, разжиться рюкзаком, но это не входило в рамки дресскода. Сноу оторвалась от земли, управляя холодными потоками воздуха. - - Ладно, Индиана, не скучай и будь на связи.
   Стоило девушке оказаться снова в здании, как ее поглотила внезапная тишина и мрак. Редкие мигающие красные лампочки оповещали о том, что здесь имеется система наблюдения и сигнализация. Впрочем, как и ожидалось. Ну, зато Томас позаботился о том, чтобы хоть как-то облегчить работы своей напарницы, спасибо ему большое за это. Вокруг не было ни души, Сноу это чувствовала. Она прошла дальше по коридору и нашла дверь с надписью «Хранилище». Ну, что же, это совпадало с планом на карте. «Кодовый замок, ну конечно. Я буду месяц его ломать без ключа… но, к счастью, это не понадобится». Кейтлин взялась за ручку двери, и замок стал замораживаться снаружи и изнутри. Послышался характерный треск льда и вуаля, дверь отворилась. + 10 очков Рейвенкло. Как только она покинет этот этаж, лед исчезнет и Кейтлин будет не при чем. Ничего не видела, ничего не знает и вообще она была пьяна.
- Так-так, Святой Грааль, где ты спрятался? – шепнула Сноу сама себе. Сделав пару шаров вперед, она остановилась. Прямо перед ней сверкали яркие тонкие линии, обычному взгляду это не заметно, но вот для «тепловизора» Сноу, вполне, обыденно. Она глубоко вдохнула, а затем непринужденно дунула прямо на мерцающие лазеры и их основание у стен. Словно паутинка, они соединялись друг с другом, ограждая сокровища от посторонних. Фрост просто прошла вперед, ломая собой замерзшие лучи, которые раскалывались и падали на пол. Забавно, но такой же трюк проделывал когда-то Капитан Холод со своей крио-пушкой. Взяла на вооружение. Забавно, она даже забыла, что в ее голове есть еще один человек, который наверняка слушал все, что происходило. – Я на месте, ищу наш стаканчик. – И искать долго не пришлось. Она лежала в ящике, вместе с другими экспонатами, не вошедшими в основную экспозицию. Конечно, пришлось взломать небольшой сейф, но не в первый раз уже. На удивление, она оказалась не такой большой, как предполагалось и даже поместилась с сумку Сноу, в которую она и запихнула награбленное. Ей отчего-то вспомнилась фраза из какого-то фильма: «я сделаю, все, что вы скажете, чтобы искупить вину. Не хочу больше никуда проникать и красть. Так что я должен сделать? Ну, вообще-то, кое-куда проникнуть и кое-что украсть». Интересно выходит. – Она у меня, Бэт, выдвигаюсь к тебе.

+2

8

Из него мог бы выйти неплохой архитектор, если бы пришлось не проектировать здания, а создавать планы. Мыслить как противник (или как любой другой человек, находящийся по другую сторону баррикады), угадывать следующий шаг (или возможные шаги), составлять психологический портрет и буквально влезть в чужую шкуру — всё это доставляло Уэйну какое-то маниакальное удовольствие. Ведь, в конце концов, Бэтмен не только кулаками молотить умеет, иногда, когда был в настроении, Тёмный Рыцарь играл с преступностью в игры по их правилам. Впрочем, от справедливости и огнестрела эти игры ещё никого не спасли.

Томас мог и умел выстроить трехэтажный план, чтобы потом довольно ухмыляться, потешая самолюбие, всякий раз, когда марионетки поступали именно так, как он предполагал, но теперь на это попросту не было времени. И он был бы величайшим психопатом (не хуже тех, что в этом мире содержатся в Аркхэме), если бы соизволил отбросить коньки, распутывая очередное грандиозное дело. И пусть была в таком исходе своя особая романтика, стремлений умереть — пусть и красиво и в духе лучших детективных романов — Томас не разделял.

Пока всё шло довольно неплохо и непредвиденных ситуаций не возникало. Уэйн следил за временем и изредка вставлял комментарии, чтобы Фрост вдруг не почувствовала себя одиноко.

Предполагаю, что, в силу формы иероглифа, искать тебе нужно скорее ковшик или турку, а не стакан, — прокомментировал он, — Штуковина с  длинной ручкой.

Но Сноу не требовались особые пояснения, она и без подсказок соображала неплохо. В голове даже проскользнула мысль, что из неё мог бы получиться неплохой напарник на постоянной основе. Уж всяко получше безалаберных мальчишек, которых Брюс подбирал с улиц и называл Робинами. Мог бы… если Томас не откинется в ближайшую неделю или месяц.

Он обрадовался, услышав последние слова Кейтлин. Значит, сработало, затея удалась, причем, всё намного проще, чем могло бы быть. Всё-таки он не ошибся в выборе сопровождения на вечер.

Молодец, — сухо отреагировал он.

Томас хотел было добавить что-то ещё, мол, ждет на прежней точке, охрана снизу на окна не смотрит и можно было спокойно спускаться. Но дыхание спёрлось в груди, а слова так и повисли в горле комом. Уэйн схватился за перила, невидящим взглядом посмотрев перед собой. Глаза обманули его, вместо деревьев и желтого света фонарей он увидел Парковую Аллею, какой она была четверть века тому назад. Умом он понимал, что увиденное не настоящее и являлось лишь плодом его воображения. Но Томас ощутил дуновение ветра на лице и почувствовал запах — запах духов любимой женщины, запах вонючей подворотни, каждый угол которой пропитался мочой, запах старых газет, витавших в воздухе и застилавших дорогу словно осенние листья. И металлический вкус крови на нёбе. Белоснежные ровные жемчужины градом ударялись об асфальт, рассыпаясь во все стороны. Громыхнул выстрел. Затем ещё один, и ёще… Только несколько мгновений спустя Томас понимает, что это лишь эхо, это не настоящие залпы.

Нет, только не сейчас, — побелевшими губами произносит Уэйн, силясь отогнать наваждение.

Он отшатывается назад, но обнаруживает, что отступает от потока крови, текущего как раз ему под ноги. Смотрит на свои ладони — и видит их кровавыми. Да, Уэйн, ты всегда это знал — это ты виноват в гибели семьи, ты виноват ВО ВСЕМ ПРОИЗОШЕДШЕМ.

В следующее мгновение он поднимает взгляд и видит женщину, стоящую на самом краю и готовящуюся сделать шаг в пропасть. Женщина оборачивается и смотрит на него лицом Марты — изможденным и замученным. Затем хищно оскаливается, подносит к лицу руку — и только теперь Томас видит, как ладонь её сжимает осколок зеркала. Он пытается схватить её, стянуть с чёртового подоконника, но призрак в облике жены с диким хохотом вонзает осколок себе в щёку и вспарывает кожу.

Ты доволен? Теперь ты доволен?...

Видение рассеивается так же внезапно, как и возникает. Томас обнаруживает себя глубоко свесившимся с перил, с протянутыми вниз руками, будто в надежде ухватить что-то или кого-то. Острые камни, которые до этого торчали под самым окном, теперь снова обернулись аккуратной порослью кустарника и стриженной травой.

Ничего не случилось, это всего лишь фантазия. Однако, Уэйн понимает, что стало причиной её возникновения. Болезнь — Готэмская чума — симптоматику и развитие которой он изучал и наблюдал множество раз, прогрессировала. И галлюцинации говорили о том, что первая стадия для Томаса уже пройдена.

+2

9

Сноу уже могла сотню раз пошутить то том, насколько здорово было слышать этот ангельский голосок в своей голове, но решила оставить на потом. Все же, резерв юмора у Фрост был не бездонным и кто знает, когда представится отличный момент бля блистательной шутки. Но на самом деле нет. Сноу прислушалась, но так и не услышала подтверждения своим словам.
   - Бэт? Ты там? – переспросила девушка и приложила ладонь к уху, думая, что, возможно, с техникой что-то было не в порядке. Едва слышимое шуршание, а затем тихий голос. Сноу не поняла, что случилось, но поторопилась в обратный путь. Выйдя из комнаты, она на остановилась и взмахнула рукой. Весь лед и иней на стенах мгновенно исчез, а система охраны вновь заработала. Она прикрыла дверь, но восстановить замок не смогла. По крайней мере, ее не смогут отследить. В такие времена, Кейтлин даже была рада тому, что машина наделила ее способностям к созданию биологического льда, а не обычного.  Так что, если вдруг будет разбирательство, то найдут только механическое вмешательство. Практически чистая работа. Кейт была собой горда. Томас, наверное, тоже. Ах, да, Бэтмен… - Я надеюсь, ты там не схватил инфаркт, старик, а то это здорово усложнит дело, - почти про себя шикнула Фрост, а затем грациозной походкой вышла в окно.
   Оглядевшись по сторонам и убедившись, что за ней никто не наблюдает, она спрыгнула на два этажа ниже и оказалась в той же отправной точке, откуда и пришла. Ни прыжок веры, конечно, но смотрелось тоже ничего. На секунду она застыла и повертела головой, отыскивая Томаса, который должен был ждать ее на этом самом месте. Вариантов пропажи на удивление оказалось много, от банального посещения тайной комнаты, до похищения пришельцами или возвращением за родную Землю. Но все обошлось, потому что, стоило ей сделать несколько шагов вперед, как увидела Уэйна, перевалившегося через заросли кустарника. Она чувствовала, как учащенно бьется его сердце и как Томас старается его успокоить. Ну, с первого взгляда ей стало понятно, что это не инфаркт, уже хорошо, но вот зато симптоматика напоминала кое-то другое, что явно Фрост не обрадовало. Чертыхнувшись, она поправила висевшую на плече сумку с туркой и подошла к мужчине, положив руки ему на плечи, помогая встать. Ей хватило пары секунд, чтобы поглотить незначительную часть энергии и понять, что происходит. На себе она ощутила этот жар и разрушение клеток в организме. Ее регенерация сработала быстрее и Кейтлин лишь отмахнулась от неприятных мыслей. Зато одной проблемой стало больше. Замечательно. Девушка помогла Томасу подняться на ноги и приобняла его за талию, положив голову на плечо, когда мимо них проходила парочка из зала, видимо, подышать воздухом.
   - Ваша семейка славится тем, что порождает секреты вокруг себя, - шикнула Фрост, смотря на Уэйна. Он уже наверняка понял, что она догадалась. Ее выражение лица было более чем красноречивым. – Хочешь в могилу себя свести раньше срока? – Кейтлин и рада бы сейчас поистерить, но это совсем не в ее духе, к тому же, Томас тоже не был дураком, он наверняка уже перепробовал в своей лаборатории кучу способов. Но, что самое главное, у него не было Сноу. Она без всякого стеснения, она положила холодные руки на шею, а затем поцеловала. Уэйн почувствовал маленькие электрические импульсы, которые расползлись по всему телу. Полуразрушенные клетки закупорились, благодаря регенеративным способностям Фрост, но не залечивались окончательно. Это лишь снимало симптомы. Считайте, что выпили таблетку, снимающую головную боль, но рак не вылечили. – Вот же срань… эта хрень в тебе уже давно. Врачу не пробовал показаться? – последняя фраза прозвучала с сарказмом. Сноу не знала, зачем это вырвалось из ее рта, но можно списать на оставшийся лимит шуток. – Надеюсь, тебе лучше, потому что, я не знаю, сколько продержится эффект. Но я бы поспешила убраться отсюда. Ну, как насчет того, чтобы сварить немного кофе? - Она указала на сумку, из которой, торчал краешек ручки. И тут ее внимание привлекли трое парней в костюмах, которые уверенным шагом направились к входу в здание, прямо на выставку. Они явно волновались, потому что пульс скакал похлеще соседнего несостоявшегося гипертоника. – Ох, да вы, блин, издеваетесь…

+2

10

Было бы проще, если бы он в действительности подхватил обычный грипп или что-то менее распространенное, но хотя бы изученное, от чего имелось лекарство. Но болезнь не спрашивала позволения, выбирала она, а не её. И Томас не попал в список счастливчиков, кого вирус обошёл стороной.

Фрост вовремя оказалась рядом. Не сказать, что без её помощи бы не обошлось — нет, Уэйн вполне мог самостоятельно вернуться на прежнее место, где и должен был находиться всё то время, пока Кейтлин выполняла основную часть операции. Бэтмен он или как, в конце концов? И Бэтмен не привык полагаться на кого-то кроме себя. Видеть рядом напарника было для него непривычно и даже дико, но ведь он сам всё это затеял, верно? Сам спланировал, сам позвал Сноу, сам отправил её на ограбление музея — всё так, и Томас не испытывал угрызений совести из-за того, что переступил закон и утянул за собой и спутницу.

И всё-таки лучше бы она вернулась чуть позже. Не пришлось бы тогда ловить на себе вопрошающий взгляд и чувствовать себя мошенником (кем, то сути он и являлся). Что, по её мнению, он должен был сделать, узнав о болезни? Лечь в постель и помереть? Или растрезвонить всей округе, чтобы готовились к похоронам?

Всё нормально, Фрост, — пытался отмахнуться он, — Ты же слышала, что говорят по новостям: антидот скоро будет найден.

Только верили в такие заявления разве что идиоты, к числу которых Кейтлин он явно не относил. А значит нужно придумать более убедительное объяснение. Но что? Томас достал из внутреннего кармана пиджака баночку с таблетками, насыпал в ладонь и закинул в рот разом всю горсть. Поморщился — привыкнуть проглатывать такое количество лекарств не так-то просто.

Антибиотики затормаживают развитие болезни, — сказал Уэйн.

“Но не способны уничтожить вирус полностью”.

Покрутив в руках упаковку, он снова спрятал её в карман. Посмотрел на Фрост. Странно, но раньше он не видел её такой. Похоже, она слишком хорошо вошла в роль. Томас готов был поклясться, что различал тени эмоций на её лице, в любое другое время казавшееся высеченным из камня. Он не был готов к дальнейшему развитию событий. Сказать по-правде, он почти искренне полагал, что, в лучшем случае, поцелуй Снежной Королевы превратит сердце в льдинку, в худшем — уснешь вечным сном прям тут же. На короткий миг Томас даже пожалел, что не надел под официальный костюм одеяние Бэтмена со встроенным терморегулятором. Однако всё обошлось, и выходка Фрост была даже приятной. Когда в следующий раз ему обломится что-то подобное, пусть и не от Кейтлин (от неё, с её-то эмоциональным диапазоном, не дождешься), но от любой другой женщины? Учитывая положение и необходимость решать более важные вопросы, вполне может впредь и не случиться. А потому почему бы и не воспользоваться положением? Он ответил на её касание долгим поцелуем. Рукой провел по её талии, резким рывком прижав девушку к себе посильнее, после чего углубил поцелуй. Вкус её губ не был похож ни на что знакомое ранее. Губы других женщин были теплыми, пахли чем-то сладким с нотами помады. Фрост же напоминала скорее перечную мяту — приятно пощипывало, пока мало. Стоит хватить лишнего — и не рад будешь, что связался. А потому отстранился он также же резко, иначе маленькая игра уходила куда-то прочь от заявленного сценария. Да и не было того куража, какое испытывал Томас по молодости. Колени не подкашивались, сердце не падало, а после не билось в висках, и в целом ничто не мешало сосредоточиться непосредственно на своих ощущениях и на реакции девушки.

Спасибо, — кивнул он и неуверенно добавил, — Полагаю, теперь моя предсмертная агония продлится немногим дольше.

Улучшение он и вправду почувствовал. Едва ли таблетки могли подействовать так скоро. Если это не было самовнушением, лекарство под именем “Кейтлин Сноу” по быстроте воздействия опережало все известные.

Не говори Брюсу, — проговорил он, посмотрев на девушку, затем прикрыл глаза. Понятно, что не говорить он просил не о морозной терапии, а о недуге в целом. Томас надеялся, что Кейтлин поняла.

Нет, подыхать он не собирался. Теперь, когда мифический артефакт оказался в руках, требовалось как можно скорее провести испытание. Половину дела они сделали — чашу достали, оставалось с этой чашей улизнуть незамеченными. И появление троицы — хороший предлог, чтобы под шумок уйти.

Если на гопника надеть костюм, сойдет ли он за приличного человека?.. — сощурив глаза, Томас рассматривал потенциальных кандидатов на роль ворюг. Сомневался он, что кто-то подослал всего троих, слишком глупо, ровно как и вид тех ребят. Тем временем новые “гости” вечера скрылись у входа, а вскоре послышались вопли, крики, а затем и череда выстрелов, выпущенная в потолок.

Едва ли, — продолжил Уэйн свою мысль, — Эти трое будут отвлекать публику и копов, в то время как их дружки займутся более важными делами.

Томас обернулся и взглядом указал на “незаметный” черный фургон, припаркованный у дороги. Охрана, дежурившая по периметру здания, по-видимому, получила информацию о проникновении, и часть из них отправилась на подмогу.

А вот теперь валим, — произнес он и тут же ринулся к перилам, которые перемахнул в один прыжок под удивленные оханья другой присутствующей на балконе пары. Плевать на них, разбираться с грабителями Томас все равно не собирался. Если свидетели побега доктора Штейнберга и поделятся с полицией увиденным, что с того? Имя выдуманное, приглашение поддельное, да и вообще от напастей в виде бандитов каждый спасается как может.

Благо, лететь до земли оказалось недолго, не больше двух этажей. С приземлением с такой высоты и стариковские колени Томаса справились. Преодолев вычесанный до безупречного состояния газон, Уэйн набрал на часах комбинацию, и спустя несколько мгновений на дороге показался автомобиль, который резко затормозил у обочины.

Томас открыл дверь на пассажирском месте, жестом приглашая Сноу водрузить свой прекрасный зад на сиденье и желательно поскорее. Усадив даму, сам же отправился за руль.

Координаты убежища в промышленном районе, — обратился Уэйн к компьютеру с голосовым управлением.

Загружаю, — ответил женский голос.

Активировать автопилот. Режим стандартный.

Подтверждаю.

Автомобиль плавно тронулся с места. Где-то вдалеке стал различим вой полицейской сирены, который приближался и из комариного писка стал объемным и въедливым. Мимо пронеслись машины с мигалками, но всё, что осталось в здании музея, больше не являлось заботой Томаса.

Отредактировано Thomas Wayne (2019-10-23 17:35:29)

+1

11

Поцелуй, если его можно было назвать таковым, длился дольше, чем планировалось. Сноу ожидала чего угодно: толчка, возражений, но никак не ответной реакции. Она ощущала и на себе, как влияет на его организм этот вирус. Весьма, весьма плохо, если быть точнее. Объятия Томаса оказались настоящими, ну или Сноу так показалось. Обычно, это она могла против воли человека дотронуться, а теперь… она, наверное, за долгое время почувствовала ответные прикосновения. Не то чтобы это открыло какие-то чувства и как в волшебной сказке, проклятие ледяного заточения закончились, нет. Просто было приятно. И в этом не было ничего постыдного. К тому же, она удовлетворила свое научное любопытство. Приятное с полезным, так сказать. Но, времени распускать сентиментальности уже не было.
   - Ага, не за что, - пожала плечами Сноу. – Самой было интересно, до чего могут довести себя мужчины семьи Уэйн. Ну, всем в этом городе приходится страдать, чем мы с тобой хуже? Но было бы лучше, скорее найти решение. – Сноу поправила мужчине воротник рубашки, а затем с удивлением на него посмотрела. И только сейчас до нее дошло, почему он попросил не рассказывать этого Брюсу. Хоть он и был с другой земли, но формально являлся ему сыном, а учитывая всю трагедию с родителями Брюса… да, как-то неловко вышло. Но, у Кейтлин не было никакого злого умысла, так что извиняться было не за что. К тому же, черт возьми, они все взрослые люди и между прочим, если не поторопиться и не найти лекарство, они помрут еще до того, как начнутся наезды друг на друга. Кейтлин лишь кивнула. – Это не моя тайна, - и еще Сноу была не из болтливых. Это было не ее дело, если Томас считает, что что-то неправильно, это его психологические проблемы. Она делала то, что считала нужным и приемлемым в данной ситуации. Захочет сказать – скажет. – Но, на твоем месте, я бы все же не теряла времени. – Продолжать о том, что, возможно, он просто не доживет, Сноу не стала, он и так все прекрасно понял. Да уж. Как там говорилось? Все странноватее и странноватее.
   Когда послышались звуки выстрелов и крики, Кейтлин хотела было что-то сказать, но ее внимание привлек уже Томас. Он был прав, у тех типов все было схвачено. Две группы, которые работали и изнутри и снаружи. Неплохо.  Кейтлин пришла в голову совершенно дурацкая мысль: а не помочь ли собравшимся в зале? Что если кого-то могут подстрелить? Но, к счастью, она понимала, что на кону стоят жизни тысячи человек, и чем-то нужно было жертвовать. Спасибо всевышнему, что ее сегодняшний напарник разделял эту же точку зрения.  «Ладно, охрана справится. Сегодня никого из героев на вечеринке не будет, уж извините, как-нибудь без нас».
   Фрост была в восхищении. Безмолвном, но в восхищении. Нет, правда, даже будучи зараженным и теряющим силы с каждым прожитым часом, Томас хотел жить, ему теперь было ради кого, пусть даже этот скрытный, упрямый засранец не хотел слушать дельных советов. Хотя, с другой стороны, она видела в нем себя в свои… непростые месяцы жизни. Может быть, именно поэтому они сработались. Сноу грациозно спланировала вниз, вслед за Летучей мышью в штатском и, прижимая к себе покрепче трофей, села на пассажирское сидение автомобиля. Как только они тронулись с места, Кейтлин выдохнула и откинула голову. Теперь она четко осознала, что игра на публику – совершенно не ее стихия. Что-то украсть или подморозить кому-то зад, да запросто, но исполнять роль светской дамочки ей не нравилось. Одно дело, конечно, уметь и совсем другое, получать от этого удовольствие. Хотя, возможно, Сноу пока в этом не сильна. Будет практика, будет и все остальное.
   - Что ж, эта вот непонятная хрень у нас, - она указала на сумку, лежащую у нее на коленях, предпочитая пока не доставать ее, пока они в машине, - что дальше? Сварим зельице? – недоверие Кейтлин было понятно, она человек науки и основывалась только на фактах и экспериментах и ничего не смыслила в магических вещах или артефактах. Да-да, они уже пересекались с Джоном Константином, но здесь его нет, а значит, им придется самим выкручиваться из подобной каши. Как замечательно. – Я очень надеюсь, что все не зря, - еле слышно проговорила Сноу и глубоко выдохнула. Она снова почувствовала эту накатывающую усталость и чтобы отвлечься, решила полюбопытствовать у Томаса насчет его жизни. – Итак, мы едем в твое тайное убежище, да? Не боишься раскрывать его посторонним людям? Сейчас у каждого проблемы с доверием.

   Спустя некоторое время, они оказались в убежище  Томаса и Сноу с интересом разглядывала стенды, полки с книгами и, о счастье, небольшую лабораторию. Она вынула из сумки турку и поставила на стол, тщательно разглядывая.  Честно говоря, Сноу не знала, что с ней делать, так что предоставила слово хозяину дома. А пока он делился своими соображениями, Кейтлин отстегнула путавшуюся под ногами юбку и положила в кресло, вместе с сумкой. Забавно, что она стала мешаться только сейчас. Сверкающее ожерелье исчезло, а волосы собраны на затылке в пучок. Вот теперь здесь была уже привычная всем доктор Сноу, готовая к работе.
- Знаешь, я бы могла поделиться своими разработками антисыворотки на основе своей регенеративной способности, но… она не готова еще к испытаниям.  Да и если с этой штукой у нас удастся сотворить чудо, я не против. Так что, Бэт, что дальше? Я и мои мозги в твоем полном распоряжении.

Отредактировано Caitlin Snow (2019-10-23 23:53:48)

+1

12

Ему казалось или в самом деле в поведении Фрост что-то изменилось? Он не припоминал, чтобы Сноу была настолько словоохотливой, ведь заинтересовать и вызвать её на разговор способны были лишь темы, касающиеся разве что манипуляций на клеточном уровне. Для всего остального эта девушка была недоступна, словно для неё не существовали ни будни, ни политика. Даже погода — самая банальная тема, чтобы завязать беседу — её не заботила.

Но что нового могла сказать Кейтлин в случае Томаса? Что организм его подыхает, он и сам прекрасно знал, и что времени у него нет, тоже. Ничего не ответив на её предостережения, Уэйн посмотрел в окно, на проносящиеся мимо здания и улицы. Обычно мрачные пейзажи Готэма, которые нормальных людей ввергали в депрессию и вселяли в души безнадёгу, Томаса успокаивали. Вид родного города всегда подстёгивал к действиям, к мысли, что есть за что бороться. Есть, ради чего. Но в этом мире всё не так, и даже Готэм выглядел не как отрыжка сатаны, а всего лишь унылым городишкой с мерзким климатом и обнаглевшей преступностью.

Я наблюдал много смертей от этой болезни, и знаю, что уже пережил все сроки, отпущенные заразившемуся, — задумчиво произнёс Томас, а затем оторвался от созерцания улиц и перевел взгляд на Фрост, — В самом деле думаешь, что я сидел, сложа руки?

Он усмехнулся, отметив про себя оживленность спутницы. “Проблемы с доверием” у Томаса имелись в полном составе. Но глупо отрицать или лгать самому себе и Сноу, что помощь будет лишней. Наверное, впервые в жизни он столкнулся с врагом, одолеть которого в одиночку не в состоянии. Но сражение с вирусом — это по-прежнему его сражение. Ни других учёных, ни властей и ни выводка малолетних героев, которых под крылом пригрел его сын. Томас не будет двигать пространственные монологи о долге и справедливости, не будет морочить головы, фигурами речи вынуждая принять нужную ему сторону. Он не будет принуждать. У напарника должно сформироваться чёткое представление, что они собираются делать и чем скорее всего всё это закончится. Меньше всего Бэтмену нужна была жалость (пусть и безмолвная) и никому не нужные соболезнования.

Ты вольна уйти, — сказал он. Ответ совсем не на тот вопрос, который задала Фрост, но на более важный и неозвученный, — Сейчас или в любое другое время. Формально, твоя роль в задании окончена.

Положение пришельца из другого мира давало Томасу некоторые преимущества. В частности, он без зазрения совести пользовался наработками Брюса, базой данных бэт-компьютера, разработками специалистов из “Уэйн-Тэк”. Помимо этого, ему не требовалось искать места для создания собственных баз. Зная замороченность сына, он понимал, что Уэйн-младший едва ли использовал по назначению сеть убежищ, которые выстроил во всех районах Готэма и пароли которых менял с завидной регулярностью.

В своём мире у меня было лишь одно убежище. Которое ныне прочно занято другой Летучей Мышью. Скорее всего после нашего визита параноик Брюс уничтожит эту точку, — расслабленно ответил Томас, — Ну или же просто поменяет данные для доступа.

В последнее время он облюбовал именно эту “бэт-пещеру”, на деле являвшуюся обычной квартирой на первом этаже невзрачного многоэтажного дома, точно такого же, как дом рядом или через дорогу. В отличие от сына, Томас не был помешан на технологичности, а изучению материала на электронных носителях предпочитал старые добрые книги. А потому перетащил их сюда в избытке. Медицинские словари и книги по анатомии и вирусологии, биотехнологии и фармакологии, которые он знал наизусть, произведения фантастов, среди которых по численности лидировали творения Жюля Верна и Рея Брэдбери, атласы, измятые научные и научно-популярные журналы и исписанные заметками и формулами листы — всего этого здесь было в избытке. Однако самое интересное располагалось под землей, проход куда был не виден непосвященному человеку. Именно там, в лаборатории, Томас и проводил дни и ночи, когда не был задействован на дежурстве в клинике.

Да, проходи, чувствуй себя как дома, — запоздало проговорил он, спускаясь по лестнице.

Теперь, когда чаша оказалась в их полном и безраздельном пользовании, Томас не ликовал. Не один мускул на его лице не дрогнул и не стал показателем удовлетворенности. На ходу он снял пиджак, вскоре заменив его халатом — дань этике. Кейтлин предложил другой, а затем по привычке вымыв руки и натянув перчатки, надел очки и, с предварительного позволения Фрост, поставил древнеегипетский артефакт в центр стола под освещение.

Я не в том положении, чтобы отказываться от роли подопытного кролика, — мимоходом заметил Уэйн, пристально рассматривая чашу. В данный момент всё внимание его было погружено только предстоящими исследованиями.

С виду ничего особенного, но облик, зачастую, ведь бывает обманчив. Отпилив крохотную стружку с поверхности, Томас поднёс образец к микроскопу и посмотрел в объектив.

Бактерии, специфический радиационный фон, подверженность воздействию лучшей разного спектра… хоть что-нибудь…

Но пока он видел самый что ни есть непримечательный сплав олова и меди, выкрашенный поверх золотой краской, местами облупившейся от времени.

+1

13

Ну уж нет, теперь Фрост точно не отправится восвояси, как делала прежде, стоило завершить миссию. Во-первых, вся эта суета и таинственный артефакт разожгли в ней неподдельный интерес, во-вторых, она с давних пор предпочитала доводить все свои дела до конца, и в-третьих, люди умирали от вируса, который Кейтлин и Томас могли в теории победить. Как тут уйдешь, если все самое интересное было впереди.
   Кейтлин приметила скромное убранство этого места, как и любой человек, имеющий хоть какое-то отношение к науке или медицине, мог похвастаться нехилой такой библиотекой, в зависимости от специализации. Были наброски каких-то формул, расписанные по разным углам, заметки и просто наблюдения. Это чем-то напоминало рабочее место самого доктора Сноу. Ну, или это просто общая черта научных умов. В любом из этих возможных случаев, девушке будет достаточно комфортно работать в таких условиях. Она кивнула и надела халат, теперь она чувствовала себя в своей тарелке и в своей стихии, аж отлегло. Сноу взяла с рабочего стола листок бумаги, ручку и стала что-то быстро писать, пока Уэйн готовил все к осмотру их сокровища.
   - Это лишь разработка, прототип. И если уж так яро готов использовать ее сразу на себе, то напиши записку Брюсу, потому что, пострадаешь ты, а убьют меня, - тем не менее, она протянула листок с формулой своему напарнику и пожала плечами. – А еще понадобится моя кровь, которую, ой, как непросто достать. Если бы ты сказал мне о своем состоянии еще в штабе ЛСА, я бы захватила часть антисыворотки с собой, - в ее голосе звучала какая-то досада. Не то что бы она волновалась, на самом деле, еще как, но поймите правильно, она – человек науки и при любом удобном случае воспользовалась бы моментом протестировать свое лекарство на ком-то лично. – Ну, а пока я здесь, помереть тебе точно не дам, так что, вернемся к нашей вещице.
   Она с интересом наблюдала за тем, как Томас чиркал скальпелем по поверхности артефакта, признаться, в этом было что-то завораживающе. Когда работа кипела, и ты полностью в нее вовлечен, нет ничего интереснее и занимательнее. Она так же подошла к микроскопу и рассмотрела структуру на предмет чего-то интересного. Но, к сожалению, ничего необычного, лишь пыльная древность, не имеющая никакого отношения к спасению жизней от надвигающейся биологической угрозы. Кейтлин отошла в сторону и, сложив руки на груди, стала расхаживать вокруг стола с подсвеченным предметом.
   - А ты уверен, что это то, что нам было нужно? По виду, ничего собой не представляет. Помимо того, что оно было подозрительно хорошо спрятано для древней безделушки, - она нагнулась поближе и рассматривала, чуть ли не вплотную. Под ярким светом фонаря, эта чаша переливалась золотом. Кейтлин села за свободный компьютер у лабораторного стола и стала копать информацию. Она была уверена, что Томас сделал это еще до нее (а иначе, этого вечера вообще не состоялось), но возможно, удача еще раз повернется к ним стороной. Кроме аллегорий, на жизни, бессмертие и солнечные диски, Кейт не нашла ровным счетом ничего, поэтому, решила искать с другого конца – с истории. Ну, найти информацию именно по их безделушке не составило труда, совершенно обычные факты о том, где было найдено, кем и при каких обстоятельствах. А затем информацию о металле и его использовании. – Хмм… как странно, египтяне обычно использовали драгоценные металлы для изготовления всяких ритуальных штук, да и медь была более редкой чем золото в то время, когда она была изготовлена, да и… стоп, погоди-ка… - Кейт передвинула к чаше полупрозрачный планшет на стойке, который служил переносным рентгеном и вновь внимательно рассмотрела. С этой стороны было ничего не видно особенного, но в этом то и была вся загвоздка. Кейтлин взяла в руки ковшик и посмотрела на дно, будто стараясь что-то вычитать там, а затем обернулась к Томасу, - есть у меня дурацкая идея. - Она даже не спрашивая разрешения, стала рыться в шкафах лаборатории в поисках нужных ей реактивов. Конечно, ресурсы были ограничены, но пришлось, как говориться, делать на коленке. Расположив перед собой несколько пузырьков для заготовки будущего зелья, Сноу все же решила поделиться своим наблюдением.
   - Думаю, под слоем позолоты есть что-то еще, потому что на рентгене уж очень подозрительно толстый слой самого днища. Если верить историческим сводкам, то в этом не было никакой нужды, если конечно не хранить какой-то секрет, так что… возможно мы что-то найдем, сняв этот слой. – Включив горелку, она поставила чашу на нее, а затем глянула на Уэйна.  – Знаю, как это выглядит, как минимум – уничтожение реликвии, максимум – единственного способа на спасение жизней, но я знаю, что делаю, доверься мне, ладно? Это как плавить позолоченные контакты. – Сноу надела перчатки, влила из заготовленной колбы соляную кислоту прямо на дно чаши и немного подождала, появилось небольшое сопротивление, и только потом влила немного перекиси водорода, началась реакция. Пузырьки газа стали выходить наружу и плавить золотой слой, появился характерный зеленый цвет, а когда внутренний слой начал растворяться, Кейтлин выключила горелку и слила остатки вещества в стеклянную колбу. От сердца отлегло, ее план сработал и героям открылся текст на древнеегипетском, от чего их расследование снова завело их в тупик.
   - Что же, я надеюсь, ты знаешь древнеегипетский, или хотя бы приблизительно понимаешь о чем идет речь, мой план вот сработал…
   Одной загадкой стало больше.

+1

14

От заверений Фрост прям сразу дышать спокойнее стало. В самом деле, не каждый день слышишь, как женщина с научной степенью говорит, что не даст тебе откинуться. Обычно в прошлом всё происходило с точностью до наоборот: не очень умные дамы и, зачастую, без какого бы то ни было образования обещались его укокошить. Да, в в былые времена Томас не отличался особой разборчивостью в связях и смотрел явно куда-то не туда, потому что если бы смотрел куда надо, у него хватило бы ума не бегать за каждой юбкой от жены, которая превосходила во всём любое его мимолётное увлечение. Но ума у Уэйна тогда не было или был, но он им не пользовался, и это факт. Именно его безрассудное поведение и наплевательское отношение ко всем, привели к тому, что случилось в итоге. Человек должен расплачиваться за ошибки — Томас и расплачивался.

Сказать по правде, прощальное послание он записал уже давно, пусть это и не были буквы, выведенные чернилами на бумаге. Он подумал, что это слишком… старомодно, вяло, сухо? Не совсем. Слова у него всегда хорошо складывались в предложения. Но письмо от руки для него было чем-то личным, интимным. Такое прощание, того и гляди, незаметно для Томаса переросло бы в исповедь, а потом и в дневник, написанный по воспоминаниям. Этого ли он добивался? Нет. Он не хотел запомниться мучеником, наказанным злодейкой Судьбой. Он преступник, и понёс заслуженную кару. Всё правильно.

Брюс тебя не убьёт, — ответил Уэйн, — Джокера не убил, и тебя не тронет. Он всегда был чувствительным мальчиком.

И пожал плечами, мол, мягкотелый у меня сынок, что поделать. Хотел было вернуться к работе, даже развернулся к столу, но на секунду задумался, затем обернулся.

Но твоя забота мне льстит, — признался он, — Теперь я буду знать, что хотя бы не умру в одиночестве. А в штаб ЛСА мы ещё успеем вернуться.

Он продолжил бесполезное созерцание штуковины, которое по-прежнему не давало ни подсказки, ни зацепки, ни прямого указания — ничего. Томасу нравилось, что Фрост задавала вопросы. Голова у неё хоть и умная, но археология и фольклор — явно не её направления. Да и жизненного опыта у неё поменьше, чем у отца Бэтмена. Он остановился, выпрямился в полный рост, руками опёрся на край стола и посмотрел на девушку поверх очков.

Не все легенды выдумки. Часть из них — правда, приукрашенная витиеватыми описаниями или описанная образами, соответствующими мировоззрению людей эпохи, когда создавался миф. Ты уже знаешь, что ад и демоны реальны, знаешь, что магия существует на самом деле… — он остановился и, откинув голову к потолку, поправил очки. После чего продолжил, — Да посмотри хотя бы на нас с тобой. Чем не выдумка обдолбанного наркомана?

И Уэйн не был бы так уверен, если бы не знал наверняка, что не все истории древности — брехня. Но о других невероятных случаях он, пожалуй, расскажет как-нибудь в другой раз.

Он был согласен с наблюдением, что материал необычный для утвари для потусторонней жизни. На этот счет у Уэйна имелись размышления:

Да, но чаша найдена не в гробнице фараона, а посреди пустыни, в засыпанном песком святилище. Это первое. А во-вторых, я думаю, таким образом предмет хотели обезопасить от случайных воров. При нашествии варваров кому нужно было бы хватать позолоченную безделушку, когда кругом груды золота? — он спешился, затем добавил, — Но это лишь мои размышления, ничем и ничем не подтверждённые.

Довериться ей? Да он уже это сделал, когда вызвался подопытным. Как будто у него оставался выбор! Да и нравилась ему небольшая, но увлекательная игра, сильно напоминавшая мозговой штурм. Хорошо, он свои мыслишки озвучил, наступал черёд Кейтлин. И всё равно, пусть хоть совсем расплавит эту чарку с ручкой. Теперь, когда в дело вошёл азарт, даже результат отходил на второй план, главное — процесс. Этим и нравилась Томасу наука. Ещё с детства наука способна была отвлечь его по-настоящему, заставить забыть про себя и всё вокруг, словно нет ничего, кроме абстрактного всеобъемлющего разума, сосредоточенного во вполне материальном мозгу, и поставленной задачи. К тому же, Фрост сказала, что не даст умереть. О чём ещё можно беспокоиться?

Томас заинтересованно наблюдал за её действиями. Почти не дыша и предвкушая близость или величайшего открытия или же величайшего фиаско. Он поднес лупу к вскрывшимся письменам.

“Сотис великая блистает на небе. Где Бену пылающий издает громкий крик, там Боги пьют воду бессмертия”.

Томас помрачнел.

Сотис — звезда, которая, предположительно, существовала на небосклоне во времена расцвета цивилизации Древнего Египта. Сейчас она не существует. По ней определяли время разлива Нила. Птица Бену — аналог Феникса, символ возрождения, цикличности. “Вода бессмертия”... Всё напрасно.

Он отошел от стола, невидящим взглядом посмотрев в стену.

Первая Яма Лазаря была обнаружена как раз на территории современного Египта. Тот источник давно высох. Полагаю, вещица, которую мы с тобой наблюдаем — не что иное, как ритуальная чаша для испития вод. Сама по себе она ничто. Бесполезная погремушка.

Последнее он произнес так, будто говорил сам с собой. После чего плотно сжал челюсти, резким движением снёс чашу со стола, закинув куда-то в угол.

Ты права, в ней, действительно, только кофе варить, — с холодным скептицизмом в голосе усмехнулся Уэйн.

Отредактировано Thomas Wayne (2019-10-28 10:14:43)

+1

15

На ее лице промелькнула улыбка. Слышать от кого-то, что Брюс был чувствительным мальчиком – дорогого стоит. Даже учитывая, что это был другой Брюс. Но этот факт надолго засядет у нее в голове. Главное, не проболтаться. Ко всему прочему, Сноу, конечно же, знала, что Бэтмен ее не тронет, это был оборот речи, но они с Томасом друг друга поняли. Да и что-то причинить ей вред, нужно было постараться. Но, вспомнив, что у большой летучей мыши есть секретное оружие на каждого из его знакомых, как-то стало не по себе. Зато она обзавелась новым заступником.
   Воодушевленный настрой Томаса снова поражал. С каким интересом и готовностью он вступил в исследования. Кейтлин еще не могла не заметить, что он говорил о том, что будет позднее, например то, что они вернутся в штаб ЛСА, значит, не все потеряно, и он не опускает руки. Спасибо и на этом, а то меньше всего Кейтлин хотелось проводить время с пессимистами, уже выкопавшими себе могилку.
   - Я всегда хотела спасать жизни, - мельком кинула Сноу. Забавно вот только, как эта мечта обернулась против нее. Она сотни раз думала о том, почему это произошло с ней, ведь она хотела помочь. Делала свою работу, качественно, с энтузиазмом, и чем ей отплатили? Черт, все снова уперлось в деньги. Забавно, что тот «несчастный случай», лишь способ избавиться от слишком уж умного доктора. И хоть все попытки избавить мир от «УЛЬЯ» и им подобным уже были в прошлом, неприятный осадочек остался.  – Честно говоря, для меня это был довольно интересный опыт. Вся эта Матемагия порядком может взорвать мозг, но, тем не менее, быть очень полезной. – А еще сложности – это как раз по теме Сноу. Ее жизнь в принципе не была легкой, а тут, пожалуйста, держите демонов, адских созданий, но если хочешь, облей их кислотой, тоже наверное поможет. Наука!
Фрост пожала плечами. То, что говорил Томас имело место быть, но ему виднее, потому что вся эта мифология и история, совершенно не ее профиль. Она разве что, могла погуглить и разузнать детали, которые были в свободном доступе, не более.
   - Ну, по крайней мере, у этого обдолбанного наркомана есть воображение и вкус, - что-то похожее на шутку, да. Сноу проследила за тем, как глаза Томаса бегали по дну чаши, и поняла, что искать им переводчика не потребуется. Кейтлин глянула на Томаса с лицом «да ты издеваешься», после того, как он легко и просто перевел иероглифы. – Серьезно? А есть вообще хоть что-то чего ты не умеешь? – вопрос, конечно, был риторическим, потому что, наверняка, если бы Кейтлин попросила, он бы и тройной тулуп сбацал. Эти мыши полны сюрпризов и их деятельность многогранна. Кто знает, сколько языков они успели выучить за всю жизнь на двоих, к примеру, это не говоря о видах боевых искусств. Хоть блокнот с котиком заводи и отмечай увиденные навыки. С другой стороны, она знала, что Брюс обучался где-то на востоке, так что мешало ему познать религии и мифологию других народов? С Томасом было гораздо сложнее, о нем она знала слишком мало. Ну, кроме того, что времени у него остается мало, если они не поторопятся и не найдут выход из ситуации. Да уж, вот так вечер пятницы.
   Сноу молчала, она поняла, что произошло, еще до того, как Уэйн закончил читать, по его телу пронеслась волна холода, - так примерно и теряется надежда. Ей было жаль. Они потеряли возможный способ избавиться от надвигающейся катастрофы, от новых смертей. И Кейтлин, как никто другой понимала, какое бремя легло на их плечи, и искренне завидовала тем, кто не знал, что происходит в городе, ну или игнорировал. Когда чаша полетела в угол, Сноу даже не шелохнулась, - этого слоило ожидать. Вместо этого, она присела на краешек стола и глянула куда-то в потолок. Пока что, она не знала, что делать дальше, плана не было. Хотя нет, был – они надеялись найти ответы в этой вещице, но не вышло.
   - Ну, мы, по крайней мере, попытались, верно? – она повернула голову и посмотрела на Томаса, который все еще стоял у стола с затуманенным взором. Поддержка всегда давалась Сноу с трудом, но в самые тяжелые моменты, она даже могла найти нужные слова. Девушка положила холодную ладонь на плечо Томасу. – Мы найдем решение. Черта с два нас сломит какая-то неудача. Люди рассчитывают на нас, на героев… пусть даже некоторые этого и не заслуживают. Зато начало вечера вышло вполне себе нестандартным. Для меня уж точно.  А еще мы выкрали реликвию, и я только что расплавила кислотой его часть. Не то, чтобы это должно как-то утешить. – Она убрала руку с плеча Уэйна и стала закатывать рукава халата по локоть. – Но мне вот что интересно, ты сказал, что первая Яма Лазаря находилась в Египте так? Так что нам мешает просто отыскать современную? Наверняка Брюс что-то знает о ее нахождении, разве нет? Что нас останавливает? – Сноу уже не заметила того, как часто она говорила «нас» и  «мы», словно они стали одной командой по спасению мира.

+2

16

Не нужно быть большим знатоком человеческой души, чтобы прочесть на лице Кейтлин удивление, граничащее с замешательством. Что ж, у Томаса были свои увлечения (как и свои козыри в рукаве), о которых он не особо распространялся. Неопределённо подняв брови, Уэйн развел руками в знак того, что и сам не знает, мог ли чем-нибудь ещё удивить девушку.

Я не был старшим ребенком в семье, — произнес он, — Меня не готовили к роли наследника, и долгое время я мог заниматься, чем хотел.

Он и занимался. Со всем рвением, на какое только способен ребенок. Конструировал кораблики и самолеты, играл в разбойников и индейцев. А после просмотра кинофильма “Синдбад-мореход” с блистательной Морин О'Хара в одной из главных ролей, Томаса с неумолимой силой потянуло на поиски приключений. Тяга эта не унялась ни пять, ни десять лет спустя. Он мечтал о путешествиях, о раскопках древних цивилизаций и выживании в самых отдаленных уголках планеты. Но всё изменилось со смертью старшего брата, и мечты так и остались пустыми мечтаниями. Вместо археолога он стал финансовым брокером с Уолл-стрит и “открывал” не неизведанные земли, а сокрытое под женскими юбками. Юношеские увлечения впоследствии Уэйн считал мальчишеством, выросшим из отсутствия “твёрдой руки” в детстве. Эта же проблема в дальнейшем прослеживалась в воспитании и его собственного сына.

Покойные родители благосклонно восприняли моё увлечение древними языками. Даже педагога оплачивали. Чем бы дитя ни тешилось... — Томас поднял глаза и глубоко вздохнул, — Но так было не всегда.

Меланхолия повисла в воздухе, сделав воздух тяжелым и вязким. В другое время неудачи не пугали Томаса. Он привык к тому, что, получив тычок, требовалось собраться и готовиться к новому рывку. Никто не говорил, что будет просто. Никто не обещал решения проблемы в одночасье. Лишь тень неопределенности, застывшая в сомнении… А успеет ли? Должен успеть. Должен пытаться до последнего. Ведь он не хочет ощущать вину ещё и за то, что подвёл сына и в этот раз. За Томасом много грешков, в своей жизни он не был праведником, но никто не может сказать, что он не был верен данному обещанию.

Пытаться — значит ничего не сделать, — негромко повторил он услышанные когда-то прежде слова. Для Томаса был важен результат, пусть не мгновенный, но в обозримом будущем или прогнозируемый. Он привык планировать и учитывать влияние внешних факторов. А в данный ситуации они могли месяцами ходить кругами и не видеть решения, которое, как может оказаться, всё это время находилось рядом. Такое не спрогнозируешь и не предвидишь, как ни пытайся.

Он был согласен, что вечер в самом деле вышел неплохим. С кривой усмешкой Уэйн оглянулся на Фрост. Что сказать, он всегда умел отыскать подход к женщине. А конкретно эта женщина ещё и задавала правильные вопросы, адекватного решения которым Томас и сам не находил.

Видишь ли… — нараспев протянул он уклончиво, — Существуют некоторые трудности, связанные с этими источниками. В своём мире я давно уничтожил их владельца, в этом же старый чёрт здравствует. И у него в подчинении бесчисленное количество хорошо обученных убийц, готовых костьми лечь, но выполнить приказ лидера.

Пояснять, что не под силу старику, рассыпающемуся изнутри от хвори, сражаться даже с пятеркой представителей Лиги убийц, Томас не стал. Не хотелось ему лишний раз ссылаться на свою слабость, хоть и временную и являвшуюся результатом болезни.

Наинская яма находится в сотне миль от Кадима, — продолжил Уэйн, — Местоположение того источника я знаю, бывал там в своём мире. Есть информация, что он не единственный на Земле, однако проверить это предположение не удалось.

Напоминания о былом заставило взгляд зажечься. Губы Томаса дрогнули и растянулись в хищной улыбке.

Присягнувших Демону ассасинов очень непросто разговорить даже под самыми изощренными пытками, знаешь ли.

+1

17

Ну, да, стоило догадаться, что на увлечения старшего Уэйна шло много средств, да и почему бы и нет. Сноу всегда считала, что любое хобби имело право на жизнь. Конечно, если ты не психопат, чьим хобби было убийство людей по четвергам, тогда да, стоит дважды подумать. Сколько еще козырей у него было, можно только гадать, но девушка предпочла узнавать все постепенно. Разве это не было интересным? Да, било по любопытству, но зато как внезапно и вовремя может быть. Еще Кейт удивили подобные откровения от Бэтмена. Брюс бы точно такого не позволил, тем более, говорить такое малознакомому человеку. Тем не менее, указывать на это она не стала, мало ли, спугнет еще какие подробности из жизни этого таинственного Уэйна.
   - Вот с этим я не соглашусь. Порой из попыток и вытекает нужный результат. - Кейтлин тихо фыркнула. Ей ли не знать, что от попыток зависит чья-либо жизнь. Последние несколько лет до того, как Брюс забрал ее в ЛСА, она только и делала, что пыталась побороть... себя. Каждое исследование, каждый эксперимент над собой, своим телом, попытки разобраться в структуре ДНК постепенно сводили ее с ума. Шаг за шагом, за каждым провалом ее ждала новая дорога. Первый ее эксперимент над титановыми пластинами и наночастицами, привели к подрыву лаборатории и пришлось лечить уже не без того поврежденную кожу. Попытка воссоздания частиц Строма тоже не увенчались успехом, так же как и охота за Файерштормом. Таких случаев был не один десяток, но через все эти грабли пришлось переступать снова и снова, чтобы достичь какого-то результата. На ошибках учатся, как говорится. Хотя, жаль, что в этом случае, у них с Томасом слишком времени на то, чтобы ошибаться, так что, она даже относительно согласилась с ним.
   Кейтлин пожала плечами, когда Томас говорил о том, что идти прямо к Яме Лазаря не вариант. Что же, значит, по-хорошему они помогать не хотят. Почему-то это Сноу не слишком удивило. Подобные организации всегда держались обособлено, предпочитая за всем наблюдать из тени, не вмешиваясь. Ну, или немного руководя процессом, засылая шпионов. Фрост уже слышала про Суд Сов, который несколько десятилетий  просто наблюдал за тем, как рушится и выстраивается заново их любимый Готэм. Серьезно, эти пернатые мудаки те еще конспираторы, раз смогли проворачивать подобные трюки столь долгое время. Но, к сожалению, опять же, нынешняя ситуация должна была как-то встревожить общественность.
   - Весьма непродуманно с их стороны оставлять все вот так, и еще не подпускать никого к себе. Я думаю, у этих ребят есть шпионы по всему миру, неужели они не доложить своей главе о том, что происходит? Это же чистейшей воды эпидемия. Если они хотят выжить, то должны хоть как-то помочь. Или они предпочитают и дальше  морозить свои жёпки где-то в горах, в холоде? Так я могу устроить курорт не хуже. – Сноу устало помассировала себе виски. Порой она совершенно не понимала те или иные поступки людей. Они настолько были нелогичны и противоречили здравому смыслу, что хотелось хорошенько постучать по голове и спросить: алло, есть кто-нибудь? Мозг, ты там?
   Сноу сощурившись, посмотрела на Уэйна. Ага, вот она, эта хищная улыбка, которую она уже улавливала несколько раз на прошлой совместной миссии. Кейт не знала насчет Брюса, но Томас точно получал какое-то нездоровое удовлетворение от того, что пытал людей, ломал им кости или что-то подобное. Обычно, людей с такими наклонностями сажали в Аркхэм на специальное лечение. Но, как всегда знала Кейтлин, все люди в трико, строящие из себя героев, злодеев обязаны иметь камеру класса люкс в исправительных учреждениях. А Сноу знала о чем говорит.
- Да уж, нам бы не помешал образец… - Сноу вновь взглянула на чашу, которая уже ненужная валялась в углу. Облом, кто-то не досчитается пропавшего артефакта. И тут ей в голову пришла еще одна идея. – Ты сказал, что эта штука могла быть ритуальной, так? Что если она действительно была ритуальной? – Она спрыгнула со стола, подошла за чашей и взяла ее в руки, повертев разными сторонами. – У меня есть идея для еще одного эксперимента… у тебя же есть здесь центрифуга?
   Кейтлин положила на стол артефакт и стала соскабливать с нее частицы металла, в том числе и того, что скрывало дно. Расфасовав все по пробиркам и залив раствором, девушка поместила колбы в центрифугу и включила.
- Если эта штука и правда видела в своей жизни хоть одну Яму Лазаря, то должны остаться хоть какие-то следы, пусть и микроскопические. Даже с этим можно работать. Осталось лишь отделить нужное, и приготовить антисыворотку. Будем надеяться на лучшее. - Кейтлин вновь вернулась к Томасу и они начали ждать. Чертово время тянулось слишком долго, и вот когда центрифуга остановилась, Сноу кивнула в ее сторону. – Будешь так любезен.

+2

18

Правда заключалась в том, что ряду организаций (к числу которых принадлежал и Демон) было неугодно процветание человечества как такового. Естественно, старый Гуль знал, что происходит в Готэме — в этом Томас даже не сомневался. Знал и, вероятнее всего, ухмылялся своей мерзенькой улыбкой или трясся от мелкого смеха.

Ты ничего не знаешь о Демоне, — твердо ответил Уэйн на слова девушки, — Не удивлюсь, если он и приложил руку к созданию и распространению вируса. Очень в его духе.

Тут стоило сделать поправку, что и сам Томас лично не знал Рэ’ш аль Гула этого мира. Но, судя по досье из бэт-компьютера, аль Гул — тот редкий случай, которого ровным счетом никак не затронули искажения реальности — всё тот же 600-летний сумасшедший, мечтающий стереть человечество с лица Земли. И начинать он предпочитал с Готэма, как с самого больного нарыва на теле планеты.

Рэ’ш аль Гул много столетий спит и видит, как бы очистить этот мир от болезни под названием “человечество”. Он считает, что люди — всегда причина всех бед, и человечеству необходимо переродиться и начать заново, как это случилось во времена потопа. Да, того самого, библейского. Он и пальцем не пошевелит, даже если эпидемия примет мировой масштаб.

Но именно Рэ’ш первым из современников раскопал Яму Лазаря и открыл её чудодейственные свойства. И скрывал секрет своего долголетия многие столетия. Однако… не сходилась история старого Гуля и украденного из музея артефакта. Чаше явно многим больше, чем шестьсот лет. Томас озадаченно сдвинул брови, пытаясь в уме объяснить несостыковку.

Но выходит… — озвучил он свои мысли, — Древние люди знали об источниках задолго до того, как Голова Демона раскопал первую из известных Ям Лазаря.

К такому открытию Томас готов не был. Если бы существование таинственных вод не было само по себе секретом, о котором не знало научное сообщество, Уэйн мог бы прославиться как первооткрыватель, и внутренний ребенок (давно задушенный и утопленный в реках алкоголя) мог бы ликовать. Но не судьба.

Пожалуй, он в самом деле в последнее время болтал слишком много. Кажется, за последний вечер он произнес слов больше, чем за предыдущие тридцать лет жизни. Было ли тому причиной изменение декораций и социальной роли — Томас не знал. Вполне возможно, что он превращается в нудного старикашку, любящего трепаться по любому поводу. А ещё, возможно, сам того не осознавая, он понимал, что проживает последние дни и произносит последние слова в жизни. Говорят, на смертном одре появляется желание выговориться, излить душу. И пусть исповедоваться кому-то с целью получить отпущение грехов Уэйн не собирался, но поговорить, поделиться (пусть даже не напрямую, а намёками и недосказанностями) он был не прочь. Почему-то. Внезапно, однако.

Идея Кейтлин показалась ему не лишенной смысла. Если принять как данность предположение, что древние египтяне знали о таинственных водах, то почему бы побрякушке не получить практического применения? Конечно, при условии, что надпись на дне отражала действительность, а не была частью фантазии и домыслов, которые во многом имели место быть в религиозной мифологии.

Бэтмен не был бы Бэтменом, если бы в “пещере” не имелось приборов, которые могли пригодиться когда-нибудь хотя бы в теории. Параноик Бэтмен-Брюс был готов ко всему: в взрыву атомной бомбы, к захвату инопланетянами и нашествию зомби. Здесь просто не могло не иметься устройства, чей спектр применения столь широк.

Предлагаешь сепарировать твёрдое тело? — и пожимая плечами, пробормотал себе под нос, — Хотя почему бы и да.

“При условии, что разлагать будет что”.

Но стоило учесть, что многие века эта чаша пролежала под слоями пыли и песка. Процесс разделения не даст на выходе чистого элемента, даже если идея Кейтлин и сработает. Но чем чёрт не шутит?

Изучив полученные компоненты, Уэйн долго потирал подбородок, соображая, что всё это может им дать. На выходе они получили молекулы сплава (который был известен), краски (которая тоже была известна) и примеси… данных о которых было недостаточно, но среди прочих наиболее отчетливо прослеживался диоксид кремния.

Пыль и песок — как он и предполагал. Хоть и рад был в данном случае ошибиться в своём прогнозе.

Хорошая попытка. Ещё одна, — сказал Томас, — Предлагаю в следующий раз исследовать феномен готэмских болот. Если Гранди, лёжа в них, воскрес, может и у меня получится.

+1

19

- Меня все еще удивляет тот факт, насколько люди могут быть отвратительными, - презрительно фыркнула Сноу. Не в обиду Томасу, но в первую их встречу, она тоже испытывала к нему непонятные эмоции. Во-первых, она не знала, кого он из себя представляет, во-вторых, что было у него на уме тоже непонятно. Что мешало этому типу в костюме летучей мыши быть таким же поехавшим на голову заключенным, сбежавшим из Аркхэма и выкравший плащ? Как это связано с отвратительными людьми? Ну, вероятнее всего, что Сноу стоит перестать судить людей по первому впечатлению. – Значит, разговоры оставим в сторону, прекрасно. Когда это злодеи разучились толкать свои пафосные речи?
   Вопрос был риторический на самом деле. Она прекрасно понимала, что с такой организацией, как Лига Теней договориться невозможно, даже если ты предложишь что-то стоящее. Ты даже не сможешь и на километр к их базе подойти, как тебя поймают местные убийцы. Да уж, эти парни точно судят по первому впечатлению. Хотя, осуждать их не просто, они лишь выполняют свою работу. Вообще каждый был пешкой в какой-то особо игре, даже если и не замечал этого. Кейтлин вот получила задание создать лекарство, а Томас каждую секунду боролся со смертью и вирусом. Все было относительно и не плавало на поверхности.
- Знаешь, в чем-то этот Рэ’ш аль Гул прав, все беды от людей и их непоколебимым желанием господства над менее расторопными. Что забавно, учитывая, что именно это он и делает, - Кейтлин покачала головой, круг замкнулся и колесо Сансары покатилось вниз с горы. – Прискорбно.
   Но еще прискорбнее было то, что последняя надежда на хоть какой-то результат не увеняалась успехом. Кейтлин внимательно наблюдала за тем, как Томас извлекает пробирки из центрифуги, помещает часть содержимого под микроскоп, повторяет это еще раз, с другой, сравнивая результаты. Она видела в его глазах надежду. Надежду на то, что хоть кто-то из них окажется прав и идея сработает. И лучше бы они получили еще одну еле заметную ниточку, потому что у Сноу совершенно не было никаких мыслей, что делать дальше. Все что можно было выжать из их с Томасом побрякушки, они выжали, так что оставалось лишь логически помыслить и понять, в каком направлении двигаться. Ну, как она уже сказала, - попытаться стоило, что их останавливало. Они и так испортили реликвию, на которую должны были пялиться сотни людей каждый день. Интересно, что бы сказал Брюс на такое расточительство, да и вообще работу с Томасом? Рассердился бы? К слову о Брюсе. Фрост даже в какой-то момент захотела связаться с ним, чтобы тот подсказал выход, возможно даже дал наводку, как поступить с аль Гулом, но потом вспомнила, что должна хранить чужую тайну. Черт возьми, у нее и своих проблем было по гордо, так еще и это. Жизнь точно над ней издевается.
   Взгляд Уэйна был красноречивее слов. Сноу даже не стала перепроверять анализ и смотреть в микроскоп, так как, если бы Томас нашел ответ или хотя бы отдаленно похожее на проблеск надежды, он бы ей сообщил. Что же, еще один провал, какая неожиданность.
   - В следующий раз? – переспросила Фрост. – Не хочу тебя расстраивать, но если мы не поторопимся, то следующего раза может и не быть. – Кейтлин понимала, что страдает тут не она (по крайней мере, сейчас точно нет) и действовать нужно как можно быстрее, хватаясь за соломинки. – Нам нужен хоть какой-то препарат, приостанавливающий развитие вируса, а личного врача под рукой в какой-то момент может просто и не быть. – Кейтлин тяжело выдохнула. Она не хотела этого говорить Томасу, да и некому не говорила о том, что знает, какого это, наблюдать за тем, как близкий человек угасает на глазах, не способный бороться с болезнью. Она уже когда-то потеряла своего отца, хотя, кажется, это и было в другой жизни. Кейтлин постаралась выкинуть эти мысли из головы и взглянула на Уэйна с той самой заинтересованной ухмылкой. – Значит, готэмские болота? Знаешь, для умудренного жизнью мыши, ты на удивление не умеешь выбирать, куда пригласить девушку.

+1


Вы здесь » DC: dark century » Игровой архив » We do not steal, but take for a while


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC